Мы воспринимаем диалоги в кино как нечто обыденное, но в первые десятилетия кино синхронный звук был невозможен. Кинотеатры были ответствены за музыку, звуковые эффекты и голоса героев — для этого они использовали фонографы или живой звук. Когда диалог в фильме был необходим, кинематографисты заставляли актеров произносить реплики, а затем, на монтаже, вставляли интертитры — посреди киносцены на экране возникала карточка, и публика могла прочитать диалог. 

Прошли годы работы, попыток и экспериментов, прежде чем кинематограф обрел голос, который мы знаем сегодня. Когда синхронный звук наконец-то пришел в кино, он навсегда изменил технологию кинопроизводства и кинопоказы.

Ничто в мире не пошатнуло основы киноиндустрии так, как это сделало появления звука в фильмах. В конце 1920-х годов студии выпускали ленту за лентой, известные звезды были органичной частью индустрии, а кино — главным искусством поп-культуры. Прежде чем предзаписанный синхронный звук появился в кино, инженерам и кинематографистам пришлось преодолеть несколько трудных препятствий.

Первое — и самое главное — синхронизация. Как вы совместите картинку и звук? В то время, картинка и звук записывались и проигрывались на разных устройствах, и не было простого способа объединить их. 

Во-вторых, микрофоны тогда были довольно примитивными. Качество звука было не очень хорошим, а сами микрофоны были относительно большими и неудобными. В-третьих, процесс записи и проигрывания звука требует электричества. Это значит, что кинематографистам нужно больше оборудования, съемочные команды должны быть больше и у них должен быть доступ к электричеству.

Наконец, последняя трудность — усиление звука. Аудиоколонки в то время были попросту не такими громкими, чтобы их мощи хватило на большой кинотеатр. Решение вышеперечисленных задач началось практически с рождения кино, в 1880-х годах.

В 1889 году, сотрудник Томаса Эдисона, Уильям Диксон добился грубого подобия синхронизации между фонографом и кинетоскопом. Он создал устройство, которое назвал кинетофоном. В кинетофоне использовалась сложная система шкивов для объединения двух устройств. Его главная проблема была в сложности устройства и частых поломках — каждая деталь должна была находится на своем месте и идеально работать, иначе все устройство выходило из строя. 

К счастью, примерно в то же время что и Диксон, изобретатели в Европе и США работали над задачей синхронизации звука в кино. На Парижской выставке в 1900 году было представлено 3 различных устройства, которые обещали решение проблемы. Тем не менее, ни одно из них не достигало синхронного звука.

Все устройства использовали фонограф для проигрывания предзаписанного звука, который должен был совпадать с изображением. Задача была действительно трудной. Если игла фонографа проскальзывала или проектор зажевал пленку — обыденные проблемы того времени — добиться синхронизации можно было только запустив фильм с самого начала.  

Более того, в фонографе использовалась система пластинок, которые позволяли записать от 4 до 5 минут звука — так было в 1905 году. К тому времени почти все фильмы были длиннее 5 минут. Это навело инженеров на мысли, что фонограф — тупиковая технология, и нужно искать другой способ записи звука. Первой мыслью изобретателей была оптическая запись звука.

Как бы удивительно это не звучало, но именно так, оптическая запись. Инженеры хотели преобразовать звуковые волны в световые, тем самым создав световую схему, которая должна была записываться на кинопленку. Они называли технологию оптической звукозаписью. Первые эксперименты начались в 1910 году, когда Эжен Августин Лост, сотрудник Диксона в лаборатории Эдисона, успешно записал звук на пленку вместе с изображением. 

В 1919 году, трое немецких изобретателей придумали технологию Триэргон. Они использовали фотоэлектрический элемент, чтобы преобразовать звуковые волны в электрические заряды, которые затем преобразовывались в световые волны и записывались оптически на кинопленку. 

Еще более важно, что они улучшили маховик в проекторе и теперь скорость показа пленки была стабильной. Механизм оказался настолько важным и востребованным в то время, что все были вынуждены платить авторские отчисления изобретателям Триэргона.  

Примерно в то же время, американский изобретатель Ли де Форест разработал собственную технологию фотографической записи звука. Она была очень похожей на Триэргон, но версия де Фореста справлялась с задачей усиления звука.

В 1907 году во время работы над технологией радиовещания, де Форест запатентовал устройство Аудион. Это было вакуумная трубка, которая усиливала звук и подавала его на колонку. В работе устройства можно провести аналогию с линзой проектора, которая захватывает изображение и увеличивает его при проекции на большой экран.

В 1919 году, де Форест обнаружил, что его технология может пригодиться для синхронного звука, и к 1922 году он довел процесс до коммерческих прототипов. Он создал компанию DeForest Phonofilm и начал проводить первые киноопыты с синхронным звуком. Де Форест называл их фонофильмами. Большая часть из них были музыкальные выступления, эстрадные скетчи, и обычная речь. С ними он хотел доказать успешность своего метода, но полноценных сюжетных фильмов было немного среди его демонстрационных работ. 

К середине 20-х годов, сотни кинотеатров на восточном побережье США, в Великобритании и Канаде, оборудовали свои залы под технологию синхронного звука де Фореста. Голливуд не был готов к такому повороту — киностудии западного побережья слишком хорошо отточили производство немых фильмов. Они скептически смотрели на возможность синхронного звука, и на переустройство собственного кинопроизводства, которое было крайней успешным. Кинобоссы рассматривали звуковые фильмы как новшество и тупиковый путь, который вскоре будет забыт. 

Все поменялось в 1926 году, когда дочерняя компания AT&T представила Вайтафон. Вместо фотографической записи звука, Вайтафон использовал запись на пластинку. Проблема длительности записи, которая не позволяла записывать более 5 минут, решалась использованием нескольких пластинок — все гениальное просто.

Сперва студии проигнорировали Вайтафон, но на технологию обратили внимание Warner Brothers. В то время, они были небольшой студией, пытавшейся занять свое место на рынке среди компаний-гигантов. Warner Brothers сделали ставку на синхронный звук — они решили стать первой киностудией, которая будет использовать новую технологию. Они арендовали права на Вайтафон — одновременно выкупив право на субаренду технологии другим студиям — и начали оборудование своих кинотеатров к звуковым фильмам. 

Изначально, Warner Brothers не планировали использовать звук в кино для диалогов. Их идея была в использовании технологии для музыки и звуковых эффектов. Первой попыткой был «Дон Жуан», фильм 1926 года, роскошная костюмированная драма, со звездой Джоном Берримором. Перед показом фильма, зрителям целый час демонстрировали корометражки со звуком, включая музыкальные выступления и короткую речь Уильяма Хейса, президента Американской ассоциации кинокомпаний, который приветствовал эпоху звукового кино.

«Дон Жуан» бил рекордные сборы в прокате в одном городе за другим. Кинокритики радостно приветствовали и хвалили технологию Вайтафон. А услышав речь Хейса, физик из Колумбийского университета сказал, что наука никогда так близко не подходила к бессмертию. 

Тем не менее, нельзя сказать, что все были готовы к новой эпохе. К настоящему моменту, актеры учились играть жестами и мимикой. Неожиданно пришли диалоги, а вместе с ними произношение и интонации — новый вызов для актеров немого кино. Не каждой кинозвезде того времени было под силу адаптироваться к новым условиям.

Например, Бастер Китона, узнавали по его стоическому выражению лица безотносительно неприятностей, которые случались с его героем в кадре. Но пришел звук, и обаяние молчаливого Китона ушло, как только он начинал говорить. 

Звуковое кино было также угрозой для музыкантов, которые создавали музыкальное сопровождение к фильмам. Не стоит забывать и про тысячи долларов, которые требовались для переоборудования кинопроизводства и кинотеатров под новую технологию. Тем не менее, несмотря на все трудности, к 1927 году звук активно приходил в кино и крупные студии уже не могли игнорировать новую технологию.

В 1927 году три крупнейшие студии — MGM, Famous Players и First National — адаптировали технологию Вайтафона и начали переоборудование кинотеатров. В то же время, Warner Brothers достроили новую студию, сделанную специально для съемок звукового кино, и начали снимать свой следующий фильм, «Певец джаза». 

Первоначальный план был в том, чтобы сделать фильм с музыкой, но без диалогов. Однако, когда кинозвезда Эл Джолсон импровизировано произнес несколько реплик, студия согласилась оставить их в фильме. 

Импровизация Джолсона привела публику в восторг. Только подумайте, во время кинопоказов зрители всегда слышали музыку — либо от музыкантов, либо записанную на фонограф. Они слышали речи, подобные обращению Хейса и многим другим, в фонофильмах де Фореста. Но публика никогда не слышала повседневного, обычного разговора, который происходил между героями фильма. 

Неожиданно, зрители прислушались к сюжету, а диалог в фильме сделал повествование более реалистичным. Синхронный звук дополнил иллюзию реальности, которая началась тремя десятилетиями ранее вместе с первыми фильмами. 

Разумеется, вскоре возникли новые жанры. Мюзиклы и танцевальные фильмы внезапно оказались возможными для показа на большом экране.

Дисней был лидером в полнометражной анимации, и активно использовал звук в своих фильмах.

Криминальные фильмы и фильмы ужасов набирали популярность — звуковые эффекты позволяли нагнетать напряжение и пугать зрителей еще сильнее. 

Появились и стали успешными фильмы о прессе и газетах, которые рассказывали о журналистах, расследующих интригующие истории. Этот жанр стал предтечей классических фильма Говарда Хоукса «Его девушка Пятница» и даже для «Гражданина Кейна» Орсона Уэллса . 

Старые жанры освежились и освоили новые приемы. Смешные диалоги в комедиях, на которых зрители еле могли сдержать смех, вместо привычного юмора буффонады. Вместе с приходом звука карьеры в киноиндустрии изменились, а положение женщин ухудшилось.

До звукового кино, женщины в основном были монтажерами в Голливуде. В то время, монтажное дело считалось грязной и рутинной работой по склейке кинопленки в единый фильм. Когда появился звук, возникли новые требования к профессии. В одночасье монтажеры стали сводить не только изображения, но и звуковые эффекты, музыку и диалоги. Эпоха женщин в монтажных комнатах уходила в прошлое. Теперь их заменяли мужчины, которые считались более рациональными и способными к освоению более сложной технологии. 

Несмотря на это, женщины-монтажеры вернулись в Голливуд — от Тельмы Шунмейкер, которая смонтировала все фильмы Скорсезе: от «Бешенного быка» до «Ирландца», до Лизы Лассек, которая монтировала «Мстителей». 

В этой лекции мы узнали, как инженерные трудности и технологические прорывы привели к появлению синхронного звука в кино. Голливудские студии сопротивлялись новой технологии насколько могли, но публика диктовала свои условия и звук пришел в кино. Мы затронули то, как звуковое кино изменило студии, сами фильмы, и жизни тех, кто создавал фильмы. В следующей лекции мы узнаем о главном золотом веке Голливуда.

ДРУГИЕ ЛЕКЦИИ КУРСА «ВАШЕГО ДОСУГА» ПО ИСТОРИИ КИНО: