В психологическом триллере, действие которого в основном происходит в похоронном бюро, Лиам Нисон предстает ангелом смерти, а Кристина Риччи — одновременно живой, мертвой и голой.

У молодой учительницы Анны все непросто и тревожно. Периодически у нее случается кровотечение из носа. Слышатся посторонние голоса. В ослепительно светлом школьном коридоре неожиданно вырубается электричество и рядом возникает ее странноватый ученик. Старик, на похороны которого приходит героиня, мимолетно ей улыбается. Секс с бойфрендом Полом, преуспевающим адвокатом, не доставляет былого удовольствия, к тому же есть подозрение, что он вот-вот ее бросит. Чтобы побороть страхи, Анна периодически глотает какие-то таблетки.


В общем, жизнь не из тех, которой стоит дорожить. В этом Анну и убеждает гробовщик Элиот, на столе у которого она оказывается после автокатастрофы. На лбу у Анны шрам, а в боку дырка, она не в состоянии пошевелиться, однако все слышит и может говорить. «Я не мертва!» — в отчаянии заявляет она Элиоту. «Все вы так говорите», — убеждает ее гробовщик, шуруя в поддоне со скальпелями и ножницами. И объясняет Анне, что ее бодрствование — самое что ни на есть обычное состояние между моментом физической кончины и собственно похоронами. Анна будет сживаться с этой мыслью три дня.

Вот эта распространяющаяся и на зрителя неопределенность, равно как и на редкость непредсказуемый сюжет — наиболее очевидный плюс данного психологического хоррора. До самого финала не понятно, имеем ли мы дело с артхаусной драмой о жизни после смерти или с умным триллером про интеллигентного маньяка-душегуба.

Вторая удача картины — близкий к идеальному кастинг. Готичная роль девушки, которая то ли жива, то ли мертва, пришлась Кристине Риччи как влитая. Напомним, что актриса впервые прославилась, сыграв синюшно-белую девочку-подростка в «Семейке Адамс». Следует заметить, что немалую часть времени актриса проводит в кадре голой, но ввиду мрачности атмосферы способна пробудить какой-то эротический энтузиазм только у очень жизнелюбивого зрителя. Ну и кому опять-таки, как не Лиаму Нисону играть встречающего вас в морге ангела смерти с глазами и манерами, по которым, как в «Списке Шиндлера», в нем можно предположить и спасителя, и изверга.

Присутствуют и минусы. Рассказывая историю, дебютантка Агнешка Войтович-Восло качественно нагоняет страху (а это не то кино, которое уместно смотреть в одиночестве с похмелья или с близкими перед сном) и делает это по-женски поэтично. Чего стоит эпизод, где героиня видит себя в гробу, над которым нависают мертвые старухи. Но при этом, не будучи Фрэнком Дарабонтом (режиссер, известный своими удачными постановками Стивена Кинга), в запальчивости промахивается в деталях (владелец крупного похоронного бюро сам себе дворник, бальзамировщик и секретарша), тогда как убедительность в триллере приветствуется, и позволяет отдельным сюжетным ниточкам болтаться в пустоте. Ну а экранными бледными мальчиками с потусторонними глазками (здесь есть и такой) в Голливуде впору уже укомплектовать какой-нибудь спецотряд паранормальных суворовцев да и услать на передовую.

Иван Гиреев
Журнал «Ваш досуг» № 47 (1-12 декабря 2010 года)