Имя постановщика – Марина Брусникина (на фото), и это означает, что интерес к спектаклю будет исключительный. В прошлом сезоне Брусникина со своим спектаклем «Пролетный гусь» вышла из тени педагогической работы, ценившейся в театральной среде, и встала в ряд самых заметных режиссеров сезона. Она возродила незаслуженно забытый жанр, бывший некогда неотъемлемой частью нашего театрального прошлого – литературно-театральные чтения. «Пролетный гусь» состоял из очень простых компонентов: сильная, плотная, содержательная литература (два рассказа Виктора Астафьева) и группа ярких молодых актеров, еще сохранивших в себе и дух коллектива, и способность нетеатрально плакать и смеяться. Астафьевские рассказы читались «всем колхозом»: актеры жадно выхватывали друг у друга реплики, как будто играя в пионербол. Спектакль обретал неспешный ритм довоенного вальса, когда партнеры резко сменяли друг друга, умудрившись ни разу не сбиться и завершить тур. В этих бесхитростных литературных чтениях с минимумом зрелищности Брусникиной удалось сохранить иллюзию импровизации. И зрители, и критики назвали спектакль «Пролетный гусь» главной неожиданностью сезона – так подействовал на публику жанр, возрожденный вне моды, но в нужном месте и в нужное время.
От почвеннической литературы Марина Брусникина теперь перешла к литературному феминизму. Пятидесятистраничную «Сонечку» будут читать той же гурьбой, причем к мхатовской молодежи должен присоединиться премьер «Табакерки» Виталий Егоров.
«Сонечка» – современная идиллия. Такая, какая была возможна во время действия повести – с 30‑х по 70-е годы прошлого столетия. Книжная девушка, чей зад «от бесконечного чтения принял форму стула, а нос – форму груши», родила, и в ней чудом пробудился здоровый материнский инстинкт, который распространился на окружающих. В Сонечке Брусникина, по ее собственным словам, увидела героиню, которая дарит простое человеческое счастье всем, кто находится рядом с ней. Ей это удается легко и непринужденно. Труднее дождаться, кто бы самой Сонечке подарил то же чувство.
