В Москву привозят свежие работы Дэмиена Херста, считающегося, согласно всем опросам, художником № 1 в арт-мире. Его произведения вызывают бурные эмоции публики: одни видят в них глубокий смысл, а другие — заурядную провокацию.



В 1990-е годы все только о Херсте и говорили: он был безусловный суперстар. Приобрел статус рокера с фанатами и бесконечными гастролями (последние прошли в Киеве). Получал гонорары, сравнимые с доходами воротил шоу-бизнеса. Наконец, стал флагманом целого поколения галерейных звезд, которых назвали «новые британские художники» — New British Artists (NBA).

Дамиен Херст задал стандарты английского искусства конца ХХ века. Эти стандарты, если говорить коротко, сводились к трем вещам: скандал, сенсация, деньги. По части скандала у Херста был мощный набор приемов. Он выставлял заспиртованную акулу и чучела препарированных животных — вот вам новые арт-объекты, взбесившие даже тех, кто раньше еще более-менее уживался с галерейным безумием.

Сенсациями становились почти все выставки NBA: на них ломали копья политики и священники, арт-кураторы и забредшие домохозяйки. Что угодно, но только не равнодушие зрителя. Проекты Херста призваны были дать зрителю под дых — он выводил новую религию из медицины (что такое таблетка, если не причастие?), наполнял работы черепами и кладбищенскими мотивами.

Деньги становились частью сенсаций: миллионные суммы, которыми исчислялись продажи Херста (а он довольно рано поставил искусство на поток), заставляли художника искусственно «накручивать обороты». Апофеозом стало создание черепа из бриллиантов, аукционная стоимость которого приближалась к 200 млн долларов. (Ходят упорные слухи, что Херст с некими инвесторами сам же инкогнито выкупил свое произведение — чтобы поддержать ажиотаж).

Было бы странно, если бы Россию обошла «херстомания». Впрочем, наши коллекционеры довольно долго не поддавались на провокации. И только после того как «Херст и компания» застолбили свое место в истории, их начали активно покупать. Галерея «Триумф», особенно почитающая английских скандалистов, была первой и пока единственной, кто поднял Херста на свой щит. Показывают херстовские вещи и торгуют ими — почти как антиквариатом: в роскошных интерьерах и по умопомрачительным ценам.

Но даже те, кто не намерен выкладывать шестизначные суммы за черепа, следят за Херстом с нескрываемым спортивным интересом. Ведь, по сути, этот художник разрабатывает одну тему: противостояние жизни и смерти. Но то, с какой виртуозностью он это делает, заставляет буквально затаить дыхание. К каждой его работе применим латинский девиз: memento mori (помни о смерти). Дорогого (в прямом и переносном смысле) стоят его холсты, на которых приклеены роскошные тропические бабочки. Вот вам аллегория смерти ради красоты.

В последнее время Дэмиан обратился к чистой живописи. Создает экспрессивные картины с кровью и расчлененкой. Правда, критики говорят, что он скорее успешный менеджер.

В Москву же привозят его чуть более раннюю серию «Мертвые»: фирменные черепа из двухцветной фольги. Всего тридцать символов смерти, которые для самого художника являются «торжеством жизни». Наслаждайтесь.