Составление списков «лучших и главных» фильмов, спектаклей или книг года имеет хоть какой-то смысл: кто-то отметит, что пропущено и можно наверстывать в следующем. Выставки скоропостижно закрываются, выбор самой прекрасной экспозиции интересен главным образом профессионалам, а вкусы у всех разные (кому Илья Репин, кому Йоко Оно). Нам же интересны зрители и их отношения с искусством в уходящем году, а также изменения, которые перейдут с нами в 2020 год.

Новый формат поп-выставок

Несколько лет назад в Москве парадоксально популярными были мультимедийные выставки, «ожившие полотна», представляющие собой познавательные, крупноформатные «слайд-шоу» с картинами Ван Гога и других персонажей книг вроде «100 великих художников». На такие шоу выстраивались очереди из людей, которые в музеи обычно не ходили. Иначе зачем смотреть оживших импрессионистов, если есть живые в постоянной экспозиции ГМИИ им. Пушкина? Место поставщика арт-удовольствий для самых широких кругов занял Музей Фаберже из Санкт-Петербурга. Успех в родном городе был впечатляющ, поэтому грех не попробовать в Москве то же, но масштабнее. Выставка «Viva la Vida. Фрида Кало и Диего Ривера» (21 декабря 2018 – 12 марта 2019, «Манеж») подана была как аттракцион: всё светилось и било по глазам — и живопись и копии изрисованных корсетов — не хуже HD-экрана, а для фото позировала скульптура оленя-Фриды, раненной стрелами. В 2020 году Музей Фаберже привозит в «Манеж» бомбу — картины Сальвадора Дали. Можно снобствовать сколько угодно, но подсвеченные картины хотя бы лучше, чем раздутые цифровые изображения под музыку. Эволюция вкуса налицо.

Искусство — это ответственность

Музей современного искусства «Гараж» к зрителю всегда был максимально дружелюбен. Не понимаете, что всё это значит? Для вас книжный магазин и подробные экспликации у особенно загадочных экспонатах. Крупнейший же проект уходящего года музей со всем мастерством устраивать просветительские зрелища, посвятил экологии. Одной из обсуждаемых тем года в принципе. Выставка «Грядущий мир: экология как новая политика. 2030-2100» не только пыталась научить людей иному взгляду на природу и место человека в ней, но и сама пыталась быть экологичной. Архитектурные конструкции позаимствовали у предыдущей экспозиции, обошлись без каталогов и буклетов, часть работ не привозили издалека, а воспроизвели по инструкциям. В кафе «Гаража» перестали использовать пластиковые трубочки. Если музей учит прекрасному, но и сам старается быть всем ребятам примером, то ему больше поводов верить. В 2020 году еще более экологически ответственной обещает стать грандиозная площадка фонда V-A-C, ГЭС-2. «ГЭС-2 будет рационально потреблять энергию с помощью солнечных батарей и системы сбора и повторного использования дождевой воды», — говорится в пресс-релизе.

Покорение современным искусством консервативной публики

ГМИИ им. Пушкина программно приобщает своего зрителя к свежему искусству. Самое глобальное вмешательство в классику — поле пшеницы с «вытоптанными» серпами и молотами и пороховые картины китайского художника Цая Гоцяна. Выставка «Октябрь», посвященная 100-летию революции, правда, многих возмутила. В классическом музее такое безобразие! Однако в 2019 году ГМИИ им. Пушкина показал проект, примиривший с современным искусством самых консервативных посетителей: лучшее из коллекции фонда Louis Vuitton. Похоже, главное для зрителя все-таки бренд. Музей — ЦУМ для ума! Энди Уорхол Мишель Баския, Герхард Рихтер, Марина Абрамович не менее вожделенны для глаз, чем сумки Louis Vuitton для плеч и рук. Итог: «Коллекция Fondation Louis Vuitton. Избранное» — самая посещаемая выставка современного искусства в музее. Даже экспозиция графики Густава Климта и Эгона Шиле, проходившая под ярлыком «современное», но согласитесь, все же классическая по формату, набрала меньше зрителей.

Новая Новая Третьяковка и закрытие ИРРИ

В 2020 году случилось то, что уже давно планировалось: часть здания на Крымском Валу, бывший ЦДХ, передана Третьяковской галерее. Нет — ярмаркам, да — выставкам! Пока Третьяковка приглашает сюда гостей (выставки Музея АЗ, Московского музея дизайна, основной проект Московской биеннале современного искусства). Не сказать, чтобы впечатляющее начало, но раньше было хуже.

Увы, летом закрылся Институт русского реалистического искусства, где показывали самое симпатичное из советского официального искусства. Коллекция, принадлежащая предпринимателю Алексею Ананьеву, была арестована (за долги Промсвязьбанка братьев Ананьевых). Что будет с коллекцией (более пяти тысяч работ) пока неясно, но видимо, ничего хорошего.

Идти ли на выборы? Идти ли на выставку?

Конечно, наивно воспринимать арт-институции как изолированные от всех мерзостей мира убежища. Это часть экономической и политической структуры. Если все идет по плану, то устройство этой структуры зрителя не особо волнует. Если что-то идет слишком не так, что зритель может проявить солидарность с художниками и, например, отказаться от похода на выставку, тем более 2019 год для Москвы можно назвать годом солидарности. Речь, конечно, о Московской биеннале современного искусства. Вкратце: не все участники прошлой биеннале получили гонорары (или даже возмещение стоимости создания работ), о чем заявили в открытом письме, а также имели ряд других претензий этического характера. На текущую биеннале легла тень дурной репутации. Да и в целом она показательно бедная. Никаких спецпроектов. Львиная доля работ основного проекта позаимствована из коллекции музея Альбертина (Вена). Но главный вопрос, который следует себе задать: стоит ли идти на выставку, если ее организаторы, высказываясь на болезненные темы (бедность, терроризм, репрессии, гендерные вопросы), сами представляют собой нечто проблемное и болезненное? Стоит ли зрителю как гражданину поддерживать систему, обходящуюся с трудовыми единицами — художниками, лекторами — недобросовестно. Поход в музей — акт политический.