Я шла на «Ночь в Лиссабоне» с большим интересом сразу по двум причинам: я люблю Ремарка и очень люблю театр «Модерн».
Спектакли Юрия Грымова для меня — это всегда отдельный визуальный мир. Свет, музыка, необычные сценические решения и то самое ощущение, будто перед тобой разворачивается не просто театральная постановка, а кино на сцене.
И мне особенно интересно было увидеть именно «Ночь в Лиссабоне», так как этот роман впервые поставлен на театральной сцене.
В этот раз за невероятно красивой картинкой оказалась история, после которой мне хотелось думать совсем не о театральных приёмах. А о жизни. О том, как сильно человек способен за неё цепляться. Как продолжает любить, радоваться и чувствовать, когда вокруг рушится привычный мир, идёт *****, а времени остаётся всё меньше.
В основе спектакля история людей, которым приходится бороться не только с внешними обстоятельствами и страшной реальностью *****, но и с тем, что невозможно победить, — смертельной болезнью.
И именно время для меня стало одной из главных тем постановки.
Что делать, когда понимаешь, что его почти не осталось? Смириться с неизбежным или попытаться прожить отпущенное тебе время настолько ярко, насколько это вообще возможно?
Анастасия Сычёва в роли Хелен для меня стала абсолютным центром спектакля.
Её героиня знает, что умирает, но в ней удивительно мало обречённости. Наоборот, чем меньше времени остаётся, тем сильнее её желание жить.
Любить. Радоваться. Быть красивой. Чувствовать.
Наверное, именно поэтому после спектакля я больше всего думала именно о ней.
Особенно запомнилась сцена смерти Хелен. Она уходит так же, как и жила, — женщиной-праздником. И этот контраст между неизбежностью смерти и невероятной жаждой жизни оказался для меня одним из самых пронзительных моментов спектакля.
Отдельно хочется отметить Вадима Пинского в роли Георга, брата Хелен. Очень органичный и убедительный образ. Он не перетягивает внимание на себя, но при этом его герой запоминается и становится важной частью этой истории.
Параллельно с личной трагедией героев всё сильнее в их жизнь вторгается другая, гораздо более масштабная трагедия — *****.
И здесь Грымов совсем не пытается быть деликатным.
Некоторые сцены настолько яркие и тяжёлые, что мне буквально хотелось закрыть глаза.
И именно поэтому ***** перестаёт быть просто историческим фоном. Она ощущается практически физически: вторгается в обычную человеческую жизнь, разрушает отношения, семьи, привычный мир и само представление о нормальности.
Мне понравилось,как оформлена сцена в женском концлагере. Даже такое страшное место Грымов показывает очень эстетично.
Очень понравились и актёры, играющие немецких военнослужащих. Сильные и очень органичные образы, без ощущения карикатуры или театрального штампа.
Вообще спектаклю, на мой взгляд, очень хорошо удалось сохранить атмосферу Ремарка — ощущение времени, когда огромная историческая катастрофа вторгается в частную жизнь человека и не оставляет ему возможности остаться в стороне.
И, конечно, одна из сильнейших сторон постановки — её визуальная составляющая.
Юрий Грымов здесь выступает не только режиссёром, но и художником-постановщиком.
Декорации достаточно минималистичны, поэтому одним из главных инструментов создания пространства становится свет.
Художники по свету — Илья Голенев и Юрий Грымов.
Свет здесь действительно не просто делает сцену красивой. Он меняет пространство, создаёт настроение, направляет внимание зрителя, а временами практически заменяет собой декорации.
Очень понравился приём с дымом, который пускают через занавес. Я раньше не встречала подобного решения в театре, и визуально это выглядит невероятно эффектно.
Запомнилась и самая первая картина — томная женщина в красном платье, лежащая на барной стойке. Красиво и очень по-грымовски.
Некоторые сцены хочется буквально остановить и рассматривать как отдельные кадры. Наверное, именно поэтому я снова поймала себя на мысли, что спектакли Грымова для меня — это действительно кино на сцене.
И невозможно не сказать о музыке.
Подбор музыки принадлежит самому Юрию Грымову, звукорежиссёр спектакля — Мария Севрук. Я не узнала звучавшие произведения, но музыкальное оформление здесь потрясающее. Музыка не просто сопровождает действие — вместе со светом она создаёт настроение, усиливает напряжение и становится полноценной частью происходящего.
Именно это соединение актёрской игры, изображения, света и музыки — одна из причин, почему мне настолько интересно смотреть спектакли «Модерна».
Но при всей визуальной красоте, тяжёлых военных сценах и драматичности истории «Ночь в Лиссабоне» для меня в итоге оказалась спектаклем прежде всего о жизни.
О том, как человек продолжает за неё цепляться даже тогда, когда обстоятельства словно делают всё возможное, чтобы лишить его надежды.
О любви, которая не может остановить ***** или победить смерть, но способна сделать оставшееся человеку время настоящей жизнью.
И о способности радоваться даже тогда, когда, казалось бы, радоваться уже нечему.
Тем, кто знаком с Ремарком, будет особенно интересно увидеть, как его мир существует в эстетике Грымова. Но и без знакомства с романом история абсолютно понятна.
«Ночь в Лиссабоне» — красивый, тяжёлый, местами страшный и невероятно эстетичный спектакль.
Я бы особенно рекомендовала его тем, кто любит театр «Модерн» и творчество Юрия Грымова, а также тем, кому хочется увидеть на сцене что-то действительно необычное.
Но для меня главным образом этого спектакля всё равно останется Хелен.
Женщина, которая знает, что умирает, но продолжает любить жизнь, радоваться ей, быть красивой, яркой, настоящей. Вокруг рушится привычный мир, времени остаётся всё меньше, а она всё равно старается прожить его до конца.
Наверное, именно эта невероятная любовь к жизни и зацепила меня в «Ночи в Лиссабоне» больше всего.
Театрально-концертный зал ЦДКЖ (Центрального дома культуры железнодорожников) — один из старейших и известнейших в Москве.
"Ктo я?", - нa этoт вoпpoc Ивaн Зaмoтaeв oтвeтил зpитeлям и caмoму ceбe чepeз пecни и чepeз чтeниe oтpывкoв из пoэмы Дaвидa Caмoйлoвa "Цыгaнoвы". Кaждaя пecня - этo oтдeльнaя иcтopия, кoтopую apтиcт paccкaзывaл, пpoживaя и пepeживaя личнo и oчeнь глубoкo. Были и пecни, кoтopыx paньшe я нe cлышaлa, нaпpимep, «Пикoлo-бaмбинo» (Мaлeнький мaльчик), кoтopую иcпoлнял Aлeкcaндp Вepтинcкий, "Мы тaк xoтeли cлaвы" из фильмa "Гpaфoмaфия", a eщe пecня co cлoвaми "Я уcпeю eщe и в пocлeдний вaгoн зacкoчу, cпoтыкaяcь. Будeт вce xopoшo, a чтo былo, тaк вoн - жуpaвлинaя cтaя" в пpипeвe. Ecли ктo знaeт нaзвaниe и aвтopa, нaпишитe, пoжaлуйcтa, в кoммeнтapияx, я бы xoтeлa дoбaвить ee в cвoй плeйлиcт. Пpoгpaммa былa пoдeлeнa нa двe чacти. Пepвaя - тeaтpaлизoвaннaя, oчeнь душeщипaтeльнaя. Втopaя - пoлeгчe, нo тoжe oчeнь душeвнaя. Живaя музыкa, бeшeнaя энepгeтикa, душa в клoчья! A в этoт paз кpoмe музыкaнтoв был и бэк-вoкaл, cтaлo eщe бoлee кpacивo, xoтя, кaзaлocь бы, кудa eщe.
Впepвыe я пoбывaлa нa кoнцepтe Ивaнa Зaмoтaeвa и "Зaмoтaeв Бэнд" вceгo пapу лeт нaзaд, нo зaбыть ни тoт кoнцepт, ни пocлeдующиe, ни твopчecкиe вcтpeчи c Ивaнoм нeвoзмoжнo и гoды cпуcтя. Cчитaю Ивaнa Зaмoтaeвa вeликим apтиcтoм. В чeм зaключaeтcя eгo вeличиe, cпpocитe вы? В тoм, чтo oн pacкpывaeт зpитeлям cвoe cepдцe, дeлитcя cвoeй энepгиeй, выклaдывaeтcя в пoлную cилу, eгo пecни лeчaт душу, a этo нeoбыкнoвeннaя peдкocть ceйчac. Имeннo пoэтoму нa eгo кoнцepтax вceгдa пoлнaя пocaдкa, билeты pacкупaютcя cpaзу. Имeннo пoэтoму пocлe кaждoй пecни aплoдиcмeнты тaкиe, кaкиx пopoй нe бывaeт и пocлe цeлoгo cпeктaкля или чьeгo-тo кoнцepтa. И знaeтe, чтo пopaзитeльнo? Ивaн Зaмoтaeв пpи вceм пpи этoм пpoдoлжaeт ocтaвaтьcя cкpoмным пpизeмлeнным чeлoвeкoм, кoтopый нa кoнцepтe пpocтo тaк мaшeт любимoй тeщe pукoй и oдeвaeт cмeшныe дeтcкиe тeмныe oчки, пoтoму чтo иx eму дaлa нa кoнцepт мaлeнькaя дoчкa.
Знaeтe, мнe кaжeтcя, тeплыe кoнцepты Ивaнa Зaмoтaeвa oчeнь пoдxoдят уютнoму ЦДКЖ. Тoлькo xoчeтcя eщe бoльшe, eщe чaщe, пoтoму чтo в нaшe нeлeгкoe вpeмя лeкapcтвa для души нe бывaeт мaлo...