25 января Владимиру Высоцкому исполнилось бы 74. Чем не повод пройтись по нескольким памятным адресам?

«Я шел спокойно — прямо в короли»

ТАГАНКА. Для среднего и старшего поколения москвичей это слово прежде всего означает театр Юрия Любимова. Созданный в 1964 году, своим «вольнодумством» он взрывал все устои и предлагал зрителю совершенно новый театральный язык. Изначально он строился как поэтический театр, и Высоцкому там было самое место. На Гамлета с гитарой ломилась вся Москва – билеты перепродавались и доставались через десятые руки. 18 июля 1980 года актер вышел на сцену в последний раз. Следующий «Гамлет» был назначен на 27-е, но к ночи этого дня сюда, к театру, уже стекались толпы людей – прощаться с Владимиром Высоцким. О его смерти сообщила лишь «Вечерка», да и то всего парой строк, но этого оказалось достаточно, чтобы весь город пришел хоронить своего кумира. Ни один билет на несостоявшийся спектакль не был сдан.

Театр на Таганке

А через год, в июле 1981-го, в репертуаре Таганки появился спектакль «Владимир Высоцкий», придуманный Любимовым в память об актере и поэте. С его стихами и песнями, сценами из его спектаклей, записями его голоса. За 30 лет, что прошли с тех пор, почти полностью поменялся состав, друзья-актеры состарились, многих уже нет в живых, а сам «шеф» недавно и вовсе покинул свое детище. Но, по традиции, 25 января в афише – «Владимир Высоцкий». Со сцены снова будут звучать рвущие душу строки поэта, официально не признанного при жизни, но обожаемого миллионами.

«Всеми окнами обращен в овраг»

Масштабы народной любви очень хорошо ощущаются в «Доме Высоцкого на Таганке», что в двух шагах от театра. В экспозиции этого центра-музея – множество писем Высоцкому от самых разных людей: и восхищенного школьника, и анонимного доброжелателя, который советует актеру пересмотреть репертуар предстоящего концерта на предмет «благонадежности». А еще – письма на бланках с печатями от директоров трестов и предприятий с просьбами направить к ним артиста Высоцкого. Такие вот реальные картинки из советской жизни, которые молодежи наверняка покажутся экзотикой, а у посетителей постарше вызовут волну отнюдь не ностальгических воспоминаний.

Мемориальный кабинет Высоцкого

При входе на экспозицию – одна из гитар Высоцкого и его известный по многим снимкам буклированный пиджак. Масса интересных фотографий, плакаты, сценические костюмы, в том числе из «Гамлета», даже детские пинетки и трогательное письмо 9-летнего Володи маме из Германии, выведенное почти каллиграфическим почерком, хотя и с ошибками: «Живу хорошо, ем чего хочу». В этом доме Высоцкий никогда не жил и не работал, просто, по мнению создателей музея, он точно передает атмосферу той старой, послевоенной Москвы, в которой поэт рос и персонажей которой так точно изображал в своих песнях. Родился он на Третьей Мещанской в роддоме № 8, где теперь один из корпусов больницы МОНИКИ (ныне улица Щепкина). Раннее детство провел в «доме на Первой Мещанской, в конце…» (теперь тут дом 76 по пр-ту Мира). А вот юного Высоцкого лучше всего помнит Большой Каретный.

«Где твои семнадцать лет?»

Если из метро «Цветной бульвар» сразу же повернуть налево, то, пройдя мимо «Академкниги» вглубь двора и поднявшись по ступенькам, можно выйти на Большой Каретный переулок. Удивительно, но при всех стройках последних лет тут все еще можно почувствовать «ту самую» Москву. В этих дворах лазили по крышам, играли в казаки-разбойники, «догонялочки» и «расшибец». На доме № 15, где Высоцкий жил с отцом и мачехой с 1949 по 1955 год, – памятные таблички.

Дворик на Большом Каретном, 15

Здесь, в Большом Каретном, завязывались дружбы на всю жизнь. С Игорем Кохановским (ему посвящена песня «Мой друг уехал в Магадан»), Анатолием Утевским (это у него, работавшего в МУРе, был тот самый «черный пистолет»), Левоном Кочаряном (режиссером, на квартире у которого Высоцкий познакомился с Тарковским и Шукшиным).

Через Малый Каретный и Лихов – прямая дорога к саду «Эрмитаж», который вся братия считала вторым домом. В те годы это была самая популярная эстрадная площадка столицы. Тут же рядом – легендарная Петровка, 38. Мог ли юный Володя Высоцкий, знакомый со всей окрестной шпаной, предположить, что когда-нибудь блестяще сыграет муровца, капитана Жеглова? И что ему все-таки поставят памятник у Петровских ворот?

«Путь к последнему приюту»

В 1975 году Высоцкий, всю жизнь маявшийся без своего угла, переехал в трехкомнатную квартиру в доме № 28 по Малой Грузинской, принадлежавшем кооперативу Союза художников-графиков. Окна кухни выходят на католический собор, где тогда размещался НИИ «Мосспецпромпроект». При Высоцком на костеле, теперь уже возвращенном польской общине, не было таких великолепных шпилей, а сквозь проржавевшую крышу пускали корни молодые деревца.

Дом Высоцкого на Малой Грузинской

В этой квартире у поэта наконец появился свой кабинет. Его обстановка воспроизведена все в том же центре-музее на Таганке (на Малой Грузинской музей сделать не разрешили – все же квартира в жилом доме, да еще на 8-м этаже). Простые грубые стеллажи с книгами: Пушкин, Достоевский, Булгаков, Шекспир, Ахмадулина, альбом Шемякина и даже путеводитель по олимпийской Москве. Обстановка весьма аскетичная, если не считать старинного письменного стола, кресла с высокой спинкой, зеркала и серванта. Все это Высоцкий и Марина Влади купили на распродаже мебели из квартиры знаменитой четы Александра Таирова – Алисы Коонен. И еще в кабинете – узкая кушетка с клетчатым пледом, на которой Высоцкий умер.

Ваганьковское кладбище – недалеко от Малой Грузинской. Могила поэта сразу возле входа. Здесь до сих пор живые цветы и негаснущие свечи. И спеленатый бронзовый Высоцкий с нимбом гитары и лошадиными мордами за спиной.