В Театре на Малой Бронной «открыли» рецепт несчастливого брака.

Испанский драматург Жорди Гальсеран известен у нас, прежде всего, по хиту Театра Наций, — спектаклю про офисные войны «Метод Грёнхольма». И вот снова псевдоинтеллектуальная пьеса. На этот раз — про любовь. Ставить взялся Театр на Малой Бронной, лично худрук — Сергей Голомазов. Режиссер, никогда не боявшийся мелодрам и их слезливого пафоса, и на этот раз остался верен себе. Сделал спектакль для публики, которая верит в любовь, судьбу и равнодушие космоса.

Данная пьеса Гальсерана совсем не так оригинальна, как его «Метод». Называется она «Канкун», и речь в ней идет о двух супружеских парах, застрявших на одноименном мексиканском курорте для богатеев. Всем около 40, и пресловутый кризис среднего возраста уже нагрянул. Отмечают 20 лет со дня свадеб, пьют шампанское, да как-то невесело все это делают. До тошноты фальшиво, с тоской, которая, прямо как их курортное море, набегает волнами в зал. Голомазов подчеркивает всеобщее неестественное ликование грохотом поп-музыки. Неуюта добавляет и впечатляющее размерами видеоизображение Луны на заднике сцены. Гигантский шар — как чей-то глаз — наблюдает за четверкой людей, явно недовольных собственной жизнью. Прием, увы, не новый и потому скучноватый (и планеты уже были на сцене, и видеохроники, включенные в ткань спектакля). Но суть не в этом.

Героиня Татьяны Тимаковой — Реме — в пьяном бреду признается, что когда-то давно спрятала ключи от машины, на которой ее будущий муж должен был увезти на свидание ее подругу (а вовсе не саму Реме). Наступает прозрение — семейная жизнь обоих пар основана на маленькой, но все-таки лжи. Что было бы, если бы Реме и Лаура (Надежда Беребеня) поменялись местами. Стали ли обе счастливее? А их супруги Пабло (Иван Шабалтас?) и Висенте (Владимир Яворский)? Ответ на эти вопросы находится, когда «бы да кабы» превращается в реальность. Невозможная в жизни перемена мест слагаемых случается во сне Реме. К финалу спектакля — видимо, по задумке режиссера — отличить сон от яви не представляется возможным. Луна надвигается на маленький пляж быстро и неумолимо, а мужчины и женщины, считавшие, что будут счастливее с другими, оказываются с этими самыми другими еще несчастнее, чем с «первыми». В общем, все, как в старом анекдоте — «и женишься — пожалеешь, и не женишься — пожалеешь». Выводы о печальной предопределенности любого брака перемежаются здесь с шутками-прибаутками. Комедийный эффект остается. Но грустного (и, увы, банального) в «Канкуне» все-таки больше.

фото Екатерины Цветковой