Скандальный спектакль Константина Богомолова — на сцене МХТ.

В МХТ им. Чехова случились предпремьерные показы самого ожидаемого театрального блокбастера года от Богомолова. Режиссер, давно ставший одним из главных театральных революционеров русской сцены, никого не подвел — поставил скандальный спектакль. «Карамазовы» у него вовсе не «Карамазовы», и Достоевский — не Достоевский (скорее уж Владимир Сорокин). Если в предыдущем хите «Идеальный муж» Богомолов лишь зло и жестоко смеялся над похабщиной русской жизни, то в «Карамазовых» он вывернул этот свой злой смех наизнанку. Спектакля такой жгучей ненависти к современной стране и пресловутому «русскому духу» больше вы нигде не увидите. Так что пока еще разрешают (а вопрос «пустят ли спектакль в репертуар» стоит остро), и вы не против заданной темы, бегите за билетами.

Пусть смотреть тяжело, порой до отвращения, до желания «сплюнуть»... Но запас злой энергии у Богомолова огромен. Неистощим. Трэш и жесть на сцене достигают чудовищных, немыслимых размеров. Черные кафельные стены, кожаные диваны, гроб-солярий. Гламурный морг самого высокого класса. Еще есть гигантское кресло с головой сакрального животного (Зосима (он же Смердяков!!!!) или, может, глава церковной  мафии?) и бесшумно движущиеся плазмы с видеоизображениями или словесным описаниями непотребств (когда уже и показывать их невозможно). И, разумеется, унитазы, символизирующие надгробные памятники всему семейству. Всех этих «русских мальчиков» давно пора было «слить» (ну, и нас вместе с ним, понятное дело).

Далее в провинциальной «программе» (а действие происходит в городе Скотопригоньевске, в Скотском городе, со Скотским банком и Скотским TV). Итак, милицонеры «насилуют» Карамазова бутылкой, Катя-кровосос (похожая на нацистку приказчица в исполнении Дарьи Мороз ) «любит» пьяную Грушеньку (которую явно должна была играть Рената Литвинова, а сыграла Александра Ребенок в зеленом русском кокошнике). Потом Грушенька заглядывает в штаны Алеше, а из промежности его светит «божий» свет. Дмитрий вешается прямо на сцене. А задолго до этого  Федор Карамазов (бесподобный Игорь Миркурбанов) лупит сына, что есть мочи, под советский шлягер «Родительский дом»... Кстати, о музыке... Ее в спектакле много, самой разной. От ненавистного шансона до группы Queen и попсы вроде «Я люблю тебя, Дима», звучащей из уст Лизы-деревяшки, чьи палочки-ножки-ручки цветут лавром, когда их обнимают.

Никакого Достоевского на все эти ужасы не хватит. Весь Достоевский здесь — в образе Алеши. Алеша (бесподобна в роли поседевшего от ужаса мальчика Роза Хайруллина) беззвучно кричит, узнав, что, Зосима, умерев, источает смердящий запах. Значит не святой. Значит Бога нет. А кто есть? Черт. Эту роль берет на себя Карамазов-старший. И голосит этот черт прямо в зал «святой» гимн страны советский «Я люблю тебя жизнь».
Вместо вывода: в этом спектакле самоистязание Богомолов совершает прямо по Достоевскому — сладострастно. Режиссер явно ранен этой страной и ее кошмарами в самое сердце. И не избавиться ему от них никак, не излечиться.  Как всем настоящим русским художникам.