На вахтанговской сцене Владимир Этуш играет самого себя.

Пьесу советского драматурга Александра Афиногенова для своего бенефиса Владимир Этуш выбрал сам (в этом году всеми любимый актер отмечает 90-летие). Выбрал неслучайно — сегодняшнему театру очевидно не хватает доброты, света и лирики. А в «Машеньке» Афиногенова всё это есть, если исключить из нее советские анахронизмы и фальшивые комплименты несуществующему уже строю. Режиссер Родион Овчинников так и сделал.

Увы, в новой, режиссерской версии пьеса превратилась в слезливую сентиментальную мелодраму. И не играй в ней легендарный Этуш — она и вовсе стала бы проходной. Судите сами, живет себе старый академик, заскорузлый гордец, который 16 лет не может простить уехавшего в Сибирь (или сосланного туда?) сына. Его душу греют только награды и премии, родных людей (кроме домработницы Моти) нет. Вот на пороге его богатой квартиры с зеленой лампой из сталинской библиотеки появляется внучка, которую он никогда не видел. Сын, как выясняется, умер, его супруга снова вышла замуж, а бедной 16-летней Маше некуда деться. Далее, как в сказке, злой старик и трогательная девочка-огонёк прикипели друг к другу душами. Грозный ученый превратился вдруг в нежнейшего дедушку и открыл для себя... Евангелие. Однако мать Машеньки приезжает за ней. И на дворе 1941-ый год, и предчувствие будущих мучительных катастроф витает в воздухе.

Атмосфера «без пяти минут смерть» — это некий финал. Но про него забываешь, потому что не он здесь главное. Владимир Этуш — без всякой лести — грандиозен в роли академика Окаёмова. Он, кажется, даже не играет. Так не соотносимы медлительность его движений, долгие паузы в монологах, нарочито негромкие интонации с тем, что принято считать актерством. В душевную метаморфозу его героя веришь сразу, забывая о неправдоподобности мгновенных перемен и открытия не советских, но библейских истин. В таких обстоятельствах Этуш избегает пафоса и торжественности, он о-б-ы-ч-е-н! И эта его способность стать тем, кого играешь — потрясает. Ему, как и его герою, кроме прочего, присуще удивительное чувство юмора и самоирония. Лучшие моменты спектакля — тихим голосом произнесенные реплики Окаёмова в адрес самого себя, Машеньки, ее первого возлюбленного, Моти...

Что касается остальных актерских работ, в этом спектакле они, прямо скажем, слабоваты. Буквально все переигрывают и, кажется, волнуются, стоя на одной сцене с Этушем. Тем более удивительно, что Дарья Урсуляк, играющая Машу, справилась. Еще студентка Театрального института им. Щукина она нисколько не потерялась рядом с мэтром. Их дуэт с Владимиром Этушем силён и пронзителен. А про то, что режиссер «пережал» с сантиментами, повторюсь, вспоминается только после выхода из зрительного зала.