Дмитрий Крымов «поигрался» с Шекспиром.

Художественное чутье режиссера Дмитрия Крымова вновь подарило театралам гениальную провокацию. На этот раз фирменному мультижанровому «разгрому» подвергся Шекспир, точнее сразу две его пьесы — «Как вам это понравится» и «Сон в летнюю ночь». Спектакль уже завоевал престижную премию на Эдинбургском фестивале. В том, что он получит еще и с десяток отечественных наград, сомневаться не приходится. Театральных работ, возмутительных и восхитительных одновременно, не то, чтобы мало. Их вообще нет. А спектакли Крымова есть.

Публику испытывают на прочность сразу, в самом прямом смысле «не отходя от кассы». Название постановки — мало того, что длинное («Как вам это понравится...» по пьесе Шекспира «Сон в летнюю ночь»), так еще и напечатано на афишах и программках с намеренным нарушением правил слогоделения (Шек-спир, л-етнюю и т. д.). Ратующие за абсолютную грамотность тетушки громко возмущаются на входе. Дальше-больше. Когда зрители рассаживаются, через весь зал артисты проносят гигантское бревно, готовое задеть кого-нибудь в любую минуту. Затем публику обливают водой из фонтана, который также попытаются пронести по головам. Декорации, как потом выяснится, не пригодятся — их унесут за кулисы.

На тотальной необязательности строится весь спектакль. Крымов никогда не следует заданному пьесой сюжету, она для него, скорее, повод к постмодернистскому высказыванию с изрядной долей дуракаваляния.Так и здесь — за основу взят эпизод о самодеятельном спектакле про любовь Пирама и Фисбы. В роли главных героев — трехметровые куклы, собранные из металлолома и ненужного тряпья. Ими управляет толпа крымовских артистов, художников и рабочих сцены. Среди них — Валерий Гаркалин, подозрительно похожий на известный портрет Шекспира — с фальшивой лысиной и седыми всклокоченными волосами у висков.

У артиста совсем маленькая роль, даже скорее функция. В середине спектакля он отвинчивает металлическую пластину между ног у Пирама, чтобы его коллегам было удобно с помощью насоса накачать кукле половой орган. В финале Гаркалин подметает сцену и громко шыкает на детский балет, старательно исполняющих танец маленьких лебедей. Также в финале из десятка подставных зрителей выйдет Лия Ахеджакова в роли самой себя. Она будет искренно сочувствовать коллеге («маленькая роль, но такая заметная») и простодушно спрашивать «а где тебя еще можно увидеть, только здесь, в андеграунде?», и, наконец, выдаст гениальное «ну ты держись, Валера, держись».

Если разрешить себе выражаться языком сленга, тогда это «фантастический стёб». Крымову удается почти невозможное — заставить всех участников театрального действа (режиссеров, артистов, зрителей) смеяться над собой. Он демонстрирует абсурдность любых сценических штампов, публичных реакций и любой театральной критики. Абсурдность театра в принципе. Совершенно непонятным образов эта демонстрация приравнивается к признанию в любви. Театр нелогичен и необязателен. Но он же делает жизнь выносимей, а людей — лучше.

фото Михаила Гутермана