Новый спектакль, поставленный в театре «Около», — настоящий подарок театралам, скептически настроенным в начале сезона.

Одному лишь Погребничко подвластный жанр светлой трагедии в этом спектакле возвысился до каких-то совсем уж запредельных высот. Наслаждение получаешь даже от пауз в монологе, от того, как гаснет свет перед маленьким киноэкраном на заднике сцены, от любого звука, от полуулыбки на лице актрисы. Несмотря на то, что самой главной в «Оккупации» является героиня Лилия Загорской, хороши также все «случайные» лица из ее воспоминаний: застенчивые военные на вечере танцев, соседки-товарки по сумасшедшему дому (Елена Кобзарь и Татьяна Лосева), толстая Ирка в клетчатой юбке (Ольга Бешуля)... Смотреть и слушать на неспешную круговерть их судеб значит не только проникаться жалостью и симпатией, но и осознавать себя частью одной покалеченной войной и совком страны.


Беспрецедентный случай — Юрий Погребничко, казалось бы, навсегда определивший для себя круг любимых авторов (Вампилов, Чехов, Дюма), взялся за «новую драму» авторства никому неизвестной Татьяны Орловой. Ее пьеса о женщине, всю жизнь скитающейся между оккупированной Германий и эсээрией, нашла исключительное и точное воплощение на сцене вверенного ему театра. Никто и нигде не мог бы сыграть и поставить эту историю лучше. Так, чтобы перехватывало дыхание от бог знает почему все же светлой тоски, а слезы наворачивались с первой секунды ее рассказа до последней.

В монологе главной героини, как драгоценность в неприглядной старой коробке, спрятана несуществующая уже повседневность. Лилии Загорской удается преподнести ее зрителю не с горечью (понятной здесь и, казалось бы, необходимой), а с доброй иронией. По отношению к героине с шароварах с начесом и смешной красной шляпке с бантом. И по отношению к прошлому, которое встает перед каждым из нас как стена, которую не пробить, даже будучи встроенным в современный мир, с его погоней за деньгами и новенькими гаджетами.


Ткань спектакля тонкая (режиссерская логика, как всегда,абсурдна), но не рвется. Обрывки воспоминаний, так или иначе связанные киноэпизодами любимых Орловой Феллини, Куросавы, Вайды, отзываются в зрителях, при чем даже тех, кто не может помнить или знать, что там, в хорошем кино «передают», а что в совке этом, было мило, а что страшно. Послевоенная Германия, насмешки немецких одноклассниц, обязательные ковры-сервизы, которые офицеры везли на родину, психлечебница по возвращении домой, затем случайные заработки... вехи одной судьбы страшны. Оттого еще непостижимей кажется стойкий, царящий на сцене запах счастья — оставаться светлым в условиях тотальной несвободы. И так хочется попасть в этот маленький «раеад», в котором шизофрения не является диагнозом, зато бывает способом жизни. А сколько в этом спектакле нежного, лиричного юмора. Чего стоит только сцена,в которой военные «идут» вприсядку под полонез Огинского, или некая певица в фингалом под глазом (Наталья Рожкова) поет «Вспомню я пехоту и родную роту...»...

В своем очередном маленьком шедевре Юрий Погребничко нисколько не противоречил сам себе: героини Орловой «случились» у него такими же неприкаянными отщепенцами, немножко сумасшедшими, чуть-чуть изгоями, как персонажи Чехова или Дюма. Их сроднила суть, сущность — они в одиночку противостоят миру, в котором перевесило зло, а судьба давно перестала делать подарки. В итоге в репертуаре «Около» появился еще один спектакль, похожий на негромкий, но очень убедительный гимн. Веры, нежности  и любви ко всему, даже к обреченному человечеству.