Если вам надоела классика, самое время сходить на «Чайку» Юрия Бутусова .

Учитель Медведенко кусает Треплева, доктор Дорн танцует под Сальваторе Адамо, а режиссер Юрий Бутусов стреляется прямо на сцене... Представьте, что банда комедиантов репетирует «Чайку» — при этом каждый исполнитель стремится урвать себе кусочек монолога Треплева, хоть чуть-чуть побыть Заречной или Аркадиной. Ну или просто громко спеть и отвязно станцевать. Во главе банды — сам Костя Треплев, то есть режиссер Юрий Бутусов.


В первом акте он рвет декорации к треплевскому спектаклю — ватман, на котором тушью нарисованы озеро с чайками, солнце и слово «Нина». Во втором пляшет тарантеллу, в третьем выводит на заборе граффити: «У», потом «Х», потом перечеркивает «Х» палочкой — получается «УЖО». И длинная красная линия — вроде как кардиограмма сегодняшнего театра: сначала она идет зубцами, потом почти прямо. В начале четвертого акта режиссер попробует застрелиться.

Словно у Кая в «Снежной королеве», в глазу Юрия Бутусова сидит осколок: любую пьесу он воспринимает как трагифарс. Год назад он поставил в МХТ «Иванова», которого играли задом наперед, причем в конце каждой сцены герой пускал себе пулю в лоб. Придумано было отлично, а вот с исполнением сошлось не вполне: у режиссера и мхатовских артистов оказались разные группы крови. А в «Сатириконе», на сцене которого Бутусов ставил и «Макбетта» Ионеско, и «Ричарда III», и «Короля Лира», его понимают с полуслова. Что же касается «Чайки», то тут он нашел своего двойника: Треплева играет Тимофей Трибунцев — небритый очкарик в клетчатой рубашке, некстати декламирующий стихи Бродского. В особо патетических местах на сцену выскакивает сам Бутусов. Так неистово танцевать, хрипло голосить и будоражить зрителя актерам и не снилось.

И если блюстителям хрестоматийных трактовок этот спектакль кажется хулиганством, то любителям всего живого, в том числе актуальной классики, придется в самый раз. Вы театра захотели? Нате-ка, выкусите!

Алла Шендерова
Журнал «Ваш досуг» № 28
(20–31 июля 2011)