О том, что Яна Тумина поставит спектакль в Москве, слухи ходили давно. Два года подряд режиссер приезжала в столицу только получать «Золотые маски» за питерские работы и уезжала творить обратно. В этом году в номинации оказались сразу три ее спектакля – и это далеко не все, что она сделала в прошлом сезоне. Однако «Эффект Гофмана» в Театре на Таганке — ее первая, долгожданная, постановка в Москве. О том, почему эту работу стоит увидеть, специально для «Вашего Досуга», рассказывает Анна Казарина.

Тумина – ученица легендарного Бориса Понизовского и соавтор многих работ инженерного театра АХЕ. Потому симптоматично, что спектакли режиссера находятся не просто на стыке жанров — в ее театре в принципе не существует границ. Оставаясь в представлении многих зрителей и критиков режиссером театра кукол, она ставит спектакль в шатре питерского «Упсала-цирка», а теперь дебютная московская работа выходит в драматическом театре (и кто знает, может, в следующий раз ее номинируют за оперу?). Синтез – важная категория ее театрального сознания, и это особенно явно проявляется в «Эффекте Гофмана».

Как истинный романтик, Гофман также провозглашал синтез искусств и совмещал в себе мастерство художника, поэта и композитора, причем музыку считал искусством наивысшим. Гофман в исполнении актера Александра Резалина весь соткан из музыки. Доктор буквально слушает его. А в нем и правда есть что послушать — по венам хандрящего тела струятся энергичные аккорды. Звуки неотступны – вот и Моцарт, одно из имен которого Гофман присвоил себе, запросто заглядывает к нему на безумное чаепитие. Вместе они создают музыку, взрывающуюся на сцене всполохами света.

В спектакле переплетаются цитаты из дневников, писем, факты биографии и сюжеты произведений Гофмана. Конечно, в той жизни, что у почтенного общества принято считать реальной, писатель с композитором не встречался, как не виделся он, например, и с Крошкой Цахесом. Но эффект Гофмана в том и состоит, что все происходящее на сцене зритель наблюдает не с точки зрения филистера, а видит глазами романтика — «энтузиаста» по Гофману. Реальность расслаивается, обнажая двойственность вещей и природы. Так, на пересечении двух миров писатель и существует — мифы рождаются из быта, а героями сказок становятся его знакомые.

Нужно только перестроить фокус – и привычная картинка трансформируется в эфемерную сущность. И одна и та же женщина выступит в роли жены, приносящей ужин, и сердобольной феи Розеншен, одарившей уродца Цахеса волшебными дарами. А тайная возлюбленная Гофмана Юлия, выданная замуж за другого, обернется механической куклой Олимпией, автоматом с выпученными человеческими глазами. 

Спрятаться от реальности в фантомном убежище Гофману не удается. Здесь – война, безработица, болезнь, там – его самого превращают в деревянную куклу-щелкунчика и выносят ему приговор. Он везде под угрозой – ни один из миров к нему не дружелюбен.

Иллюзорное пространство населено хитроумными механизмами и трюковыми куклами Киры Камалидиновой. Они меняют сущность лишь от наклона головы, бьющееся сердце способно разлететься на куски и вновь собраться. Причудливых фокусов и макабрических миражей в спектакле предостаточно, чтобы погрузить зрителей в гипнотический транс – на пару часов можно гарантированно выпасть из движения времени.