Правдивая комедия про современные отношения по пьесе Ивана Вырыпаева с Юлией Пересильд и Андреем Бурковским.

Спектакль на самом деле очень смешной. И очень правдивый. Иван Вырыпаев довел типичную семейную ситуацию — ссору на кухне — до полного абсурда: «Ты слепа, Барбара, ты абсолютно слепа». — «А ты глухой, Вернер, ты абсолютно глухой». О чем спорят двое героев, не совсем ясно, но спорят они с таким ожесточением, что в финале выходят на боксерский ринг и бьют друг друга не хуже героев голливудских боевиков. Их движения комичны и фальшивы, а речь пестрит обрывками сериальных диалогов. На первый взгляд, спектакль — только серия скетчей. Но если приглядеться — содержание здесь много важнее формы, пусть и очень удачной.

Актеры плачут на сцене по-настоящему

Виктор Рыжаков (режиссер, который открыл миру Вырыпаева-драматурга) как никто другой умеет разгадывать вырыпаевские тексты-ребусы: за фирменным стебом он всегда видит серьезные смыслы. «Солнечная линия» — про то, что люди и их отношения сегодня — подделка. Мы разучились друг с другом разговаривать, друг друга слышать, друг друга понимать. Всех нас разделяет невидимая граница, и никто не хочет договориться.

Отсюда режиссерское решение и говорящая сценография: подчеркнуто внебытовое пространство, компьютерные всполохи на заднике сцены, который к финалу опускается и превращается в гигантский ринг. И два героя — Он и Она. Их одежда цвета беж — символ бестелесности. Перед нами не совсем (или уже совсем не) люди, вместо них — функции. Неслучайно Он сможет произнести важные для Нее слова только, когда притворится кем-то другим, каким-то нелепым двоюродным дядей Зигмундом. Несмотря на этот эпизод Вырыпаев и Рыжаков не дают ключ к решению семейных проблем. Они оба констатируют факты, не впадая в истерику или пессимизм. Весь пафос этого тандема — в здоровой иронии, с которой они оба относятся к тому, что видят вокруг. А видят они, как и мы, мало хорошего.

Отдельное и огромное удовольствие в спектакле — актерские работы. Юлия Пересильд — великолепна, Андрей Бурковский — харизматичен и убедителен. Эта парочка, изображая семью, не сгущает краски, ни «давит» из себя страдания. Они работают с ошеломляющим драйвом и заразительностью. Оба плачут на сцене по-настоящему. И зрители смотрят на них как завороженные.

Особо впечатлительным стоит иметь в виду: в спектакле (как и в пьесе) присутствует ненормативная лексика, но это определенно тот случай, когда она уместна.