Спектакль Камы Гинкаса о том, к чему приводит нелюбовь, понравится поклонникам психоанализа и идеи «театр — место для исповеди».

Кама Гинкас — режиссер жестокий и зрителя не жалеет, предлагая ему спектакли на самые тяжелые темы: семейный ад («Кто боится Вирджинии Вулф»), душевная пытка убийцы («Ноктюрн»), исповедь совратителя («По дороге в…»). Новый опус Гинкаса — о семье умирающего: брошеная жена, неприметная любовница, несчастная дочь, закомплексованный сын плюс врач, сиделка и друг. Все три часа действия — их разговоры разной степени эмоциональности. Формально они говорят о том, как хоронить будущего покойника. В действительности — о собственных драмах, ревности, боли.

Идет спектакль в фойе театра. Зрителя окружают игровую площадку (гостиная с кожаными диванами и большим столом по центру) с трех сторон. Деталей — никаких, стерильное пространство идеально подходит для того, чтобы «препарировать» душевный разлад. Чем герои и занимаются в ожидании смерти главного героя: выясняют отношения стерва жена и блеклая любовница, достает скелеты из шкафа взрослая дочь, обнаруживает свои комплексы сын, рассказывает мучительную правду о сошедшей с ума жене друг-адвокат.

Интересно, что личные драмы всех участников не провоцируют на сочувствие. Гинкас превращает спектакль в сеанс психоанализа — предельно честный, серьезный и бесстрастный. Актеры (они здесь все без исключения великолепны) в основном разговаривают тихо, почти шепотом. Единственная истерика (зато какая — с рыданиями, швырянием стульев и истошными криками: «Кто-нибудь меня любит?») вызывает у зала оторопь.

Результат анализа не утешает: Гинкас вслед за Олби выносит приговор современному обществу с его вечнозеленой идеей счастливого брака. В реальности невозможно выбраться из мучительной круговерти: «счастье — несчастье», «жизнь — смерть», «люблю — все кончено».