В «Школе драматического искусства» — премьера. Дмитрий Крымов поставил страшный спектакль про абсурд сегодняшней жизни. Must see для поклонников черного юмора и шокирующих сценических метаморфоз, свойственных театру художника.

После спектаклей по хрестоматийным текстам классиков (по Чехову и Островскому) Крымов сделал спектакль в более традиционной для себя манере: никакого конкретного текста в основе, вместо него — непредсказуемые и разрозненные сценки. Объединяющая тема есть, но она условна, — поход за грибами. Несмотря на тот факт, что традиция добрая и без пяти минут сказочная (Крымов сравнивает ее с походом за Синей птицей, то есть за всеобщим счастьем), идиллия на сцене соседствует с агрессией, надежда — с отчаянием, свет — с мраком.

Мини-сюжеты сменяют один другой, все — про нашу жизнь. Часто сумбурную, некрасивую и в основном безжалостную ко всем нашим мечтам и стараниям. Тонут подводные лодки, гибнут трогательные женихи, уходят под лед незадачливые рыбаки (о том, как эффектно может выглядеть трагедия в театре художника, говорить не приходится, в зрительном зале то и дело слышен восхищенный шепот). Впрочем, смешного в жизни тоже предостаточно. Сцена непростого выбора свадебного платья в салоне с ушлой хозяйкой без чувства юмора, потрясающий монолог про самую несчастную птицу страуса, у которого в голове помещается только два глаза и крохотный мозг, радиопередача Левитана про успехи «грибного фронта» и т.д., и т.п.

Безоговорочная феерия — первое «явление Говна народу». Крымов придумал нового героя нашего времени. Оно в белых перчатках, с улыбающейся физиономией, в идеально чистом костюме. Его уговаривают «не лезть из унитаза», а то поход за грибами придется отменять.

Юмор шокирующий, злой. Но все-таки это юмор. Нет его только в финале. Кроваво-красные всполохи огня охватывают все сцену, под колосниками крутит сальто кукла-акробат, а всех, нашедших счастье (читайте грибы в лесу), герой в белом собственноручно отправляет на смерть. В этом время звучит жуткая шантанная песня о «загадочном русском блюзе». Такого жанра не существует в принципе, зато русский народный абсурд, по Крымову, повсеместен.