В залах Фонда «Екатерина» открывается выставка одного из самых парадоксальных художников. Сергей Шеховцов считается актуальным скульптором. Но то, что он делает, совсем не похоже на привычные статуи и памятники Церетели.

Учившийся на живописца Шеховцов удачно нашел фирменные материалы. Теперь его произведения узнаются сразу — от мини-сувениров до «монументальных» фигур из поролона и пенопласта

Чем поролон не мрамор? Тот же белый брикет. Тоже «дышит», и его тоже можно раскрасить (как это делали со своими мраморами древние гре-
ки). Он даже лучше мрамора — не требуются десятки грузчиков, чтобы перетащить плиту, не надо месяцами долбить и полировать поверхность. Берешь пилку и ножницы, отрезаешь лишнее — и вот уже экспрессивный мотоциклист разрывает пространство галереи.

Из материалов, с которыми работает актуальный скульптор, можно делать не только памятники, но и злободневные поп-артовские композиции (инсталляция «Оператор»)

Уже и сам господин Шеховцов с трудом вспоминает, как ему, вполне себе профессиональному художнику из Ростова-на-Дону, начинавшему с абстракций, пришла в голову мысль взять поролон и сделать «скульптуру». Задним числом, конечно, можно рассуждать о предопределенности выбора. О «поп-артовой» природе материала, которым заполняли матрацы и из которого делали губки для ванн. Или, например, об ощущении «текучести, аморфности и обманчивости материи», которое вдруг пережили перестроечные художники. Так что поролон в качестве «нестабильного» материала в начале 2000-х был очень в тему. Плюс как раз в это время главный официальный скульптор Зураб Церетели с легкостью титана превращал реальную медь в поролон и наполнял Москву монументальными изваяниями, будто ставил мягкие игрушки на полки.

Многофигурный «Кинотеатр» уже успели оценить зрители крупнейших мировых ярмарок и биеннале

Шеховцов всегда оставался галерейным, ироничным художником. Это тоже связано с материалом. Понятно, что поролоновые или пенопластовые скульптуры долго на открытом воздухе не простоят. Хотя был случай, когда шеховцовский мотоцикл «пробивал» стену российского павильона в Венеции (2009). Но, вопервых, скульптуру подвесили к стене лишь на три месяца. Во-вторых, все происходило в Италии, где нет резких перепадов температур. Из поролона не сделаешь серьезный памятник — как бы аккуратно ты ни резал, все равно остаются углы и зазубрины, а любая фигура превращается в кубистическую абстракцию. Лучше всего из этого материала удаются экспрессионистские вещи, близкие к знакам и эмблемам.

Скульптуры Шеховцова называют «поролоновыми фельетонами на современность». Инсталляция «Метро»

Еще одна важная черта поролоновых скульптур — они быстро превращаются в инсталляции. Неслучайно от вырезания отдельных вещей Шеховцов быстро перешел к многофигурным композициям. На ярмарке ARCO d Мадриде он впервые показал свой «Кинотеатр»: перед посетителями русского стеных креслах восседали пороловоображаемого кинотеатра.

Своего рода эмблемой скульптора стал мотоцикл, разбивающий стену, — его показывали в русском павильоне Венеции

Иностранцы затею оценили, но покупать не стали. Зато произведения скульптора отлично расходятся среди русских коллекционеров, привыкших видеть в поролоне что-то из детства. В последнее время, правда, художник все больше пытается завести разговор на острые политические темы (об этом его инсталляция «Трон»).

Четырехметровый «Трон» и антураж, в котором он установлен, напоминают одновременно и царский зал, и интерьер из знаменитого кибер-панк-фильма «Трон». Все вместе — аллегория власти

К слову сказать, мобильность шеховцовских скульптур решили всецело использовать на открывающейся выставке. Кураторы скомбинируют известные вещи в новые мизансцены (отсюда и название проекта — «Короткий монтаж»). К императорскому трону побегут поролоновые собаки (они были сделаны для выставки «Верю»), «Банкомат» срифмуется с «Метро» и далее в том же духе.

Одно настораживает — устроители экспозиции говорят, что наша реальность в «Коротком монтаже» получит отрицательную отметку. Конечно, посетителям смотров современного искусства к такому повороту не привыкать. Но что всегда подкупало в скульптурах Шеховцова — так это остроумие и легкость (в прямом и переносном смысле). Взять хотя бы инсталляцию, где юноша на скамейке кормит подлетевшую стаю голубей. Такому разнообразию типов, форм и движений крылатых тварей и сам бы Пикассо позавидовал.

ЧЕМ ПОРОЛОН НЕ МРАМОР? Тот же белый бри-
кет. Тоже «дышит», и его тоже можно раскрасить
(как это делали со своими мраморами древние гре-
ки). Он даже лучше мрамора — не требуются десят-
ки грузчиков, чтобы перетащить плиту, не надо ме-
сяцами долбить и полировать поверхность. Берешь
пилку и ножницы, отрезаешь лишнее — и вот уже