Агитплакаты и карикатуры Виктора Дени как гром среди ясного неба. На фоне актуального искусства, обосновавшегося в галереях «Винзавода», они смотрятся ностальгически.

Решение галереи «Проун» вернуться в сталинскую эпоху высоко оценят художники-карикатуристы, коллекционеры артефактов XX века, труженики индустрии рекламы, поклонники комиксов и протестного арта. Любителям ярких зрелищ и политический провокаций лучше свернуть в Бродильный цех, где показывают современное искусство Казахстана и флоуресцентную инсталляцию Алексея Каллимы «Теорема дождя». Впрочем, образы, придуманные Дени 60 – 70 лет назад, ничуть не отстают от нетривиальных попыток молодых художников переосмыслить народные движения вроде «Марша миллионов». Чего только стоит рисунок «Капитал» к одноименному стихотворению Демьяна Бедного. Достаточно представить на месте финансиста, который, словно диснеевский дядюшка Скрудж, утонул в море золотых монет, чиновника, уличенного в коррупции – как печать «Всякий срывающий этот плакат или заклеивающей его афишей, – совершает контрреволюционное дело» превратится в оппозиционный лозунг. Или листовка «Хлебный паук. Кулак-мироед» с подстрочником: «А мне какое дело до голодных?» Так и хочется увидеть ее около какого-либо чебуречного ларька на переполненном бродягами Курском вокзале, через который держат путь к Центру современного искусства.

 

 

Публикации с графическими мемами Виктора Дени выходили преимущественно в журналах «Крокодил», «Красный перец» и «Прожектор». Это сатирические издания, которые по объему аудитории могли бы переплюнуть любое онлайн издание, завлекающее читателей демотиваторами и лулзами, хотя от карикатур веяло официозом. Жертвами сатиры обычно становились «буржуи», «кулаки» и «попы». Товарищ Сталин представал в образе героя с гордо поднятой головой и взглядом, устремленным вдаль. Виктор Дени исполнял обычный заказ, что видно на выставке, но с душой. Его нелюбовь к разбогатевшим крестьянам и торговцам родом из детства. Дени рос в семье разорившихся дворян.

Отдельный пласт экспозиции посвящен антифашистским плакатам, где образы — ярче, а сатира — острее. Немцы предстают в виде монстров, напоминающих злобных инопланетян из звездных саг или восставших из ада. До появления цветного кинематографа они смотрелись впечатляюще. Кажется, будто именно с фашистов Дени Уэс Крэйвен списал образ Фредди Крюггера, вызывающий в кинотеатрах не то чтобы страх, скорее — ухмылку. Но есть на выставке еще и работы, глядя на которые не до смеха. Например, «Помоги» («Вступайте в ряды МОПР!»). Живое свидетельство времени, когда трагедия вытеснила сатиру.