В МУАР пришел Апокалипсис: дьявольски красивые сцены рая и ада предстали в гравюрах Дюрера, выполненных по заказу нюрнбергского издателя Кобергера для «Книги откровения» святого Иоанна.

Ни Мэлу Гибсону, экранизировавшего легенду майя о конце света, ни Роланду Эммериху, представившего, что будет, если случится вселенская катастрофа, несмотря на явные преимущества, которые дает современная аппаратура, не удалось сделать то, что получилось у Дюрера в XV веке. А именно — сформировать четкое визуальное представление об аде, рае, апокалипсисе, воинстве небесном и земном. И дело не в том, что 3D-эффекты, которые использовали режиссеры, обладали изъянами, нет. Просто образы, придуманные Дюррером, настолько яркие, что на двадцати-тридцатисантиметровых листах бумаги они смотрятся куда более эффектно, чем видеоряд, где Земля дрожит от надвигающихся бурь.

В звуковом оформлении МУАРа, где используются церковные песнопения, персонажи «Книги откровения» обретают свойства, характерные для киногероев: кураторы выставки наделяют их голосами. От каменных стен холодного флигеля, чем-то напоминающего Чистилище, отражается эхо: ситуация, в которую попадает зритель, кажется чуть ли не драматической. Расстаноска стендов с офортами похожа на раскадровку. Вместо негативов — черно-белые рисунки, на которых видна каждая деталь. Если следовать направлению часовой стрелки, в поле зрения будут попадать апокалиптические сцены в исполнении последователей Дюрера. Против — самого мастера. Обилие едва уловимых спецэффектов в архитектурном решении экспозиции придает образам Дюрера, ставшим уже клише, особый колорит, который позволяет по-новому интерпретировать самую загадочную работу святого Иоанна.

 

 

Всего в экспозицию вошло около 70 редких гравюр из московских частных собраний. Серия «Апокалипсис в образах» показана в прижизненных оттисках, волей авторов экспозиции оказавшихся в контекстах трех эпох единовременно. Наворачивая круги по тесному выставочному залу, из средневекового Нюрнберга легко попасть в век кинематографа.