Оказавшаяся в центре скандала выставка «Я, Энди Уорхол», которая проходит в здании Новой Третьяковки с 25 сентября 2020 года по 10 января 2021 года, конечно, коммерческая. С одной стороны, коммерческая честно: без парка аттракционов, обилия дешевых фотозон, и прочих маркетинг-заигрываний с посетителями. Подобные атрибуты современной «выставки для народа» присутствуют, но сдержанно. С другой стороны — только ленивый не обвинил выставку в нечестности: якобы на ней представлены «подделки» и «копии», а сама выставка — «распечатка с флэшки». Причиной такой реакции стало отсутствие экспликаций — детальных указаний, откуда привезена та или иная работа и в чьей коллекции она содержится. В минувший вторник организаторы добавили экспликации к большинству работ, и теперь факт остается фактом — в Москве проходит масштабная выставка работ самого знаменитого поп-арт художника мира, представлено более 200 экспонатов, выстроены инсталляции, в экспозицию органично вписан мультимедиа-контент Уорхола. 

Редакция «Вашего досуга» разбирается, что можно на выставке «Я, Энди Уорхол» узнать. И почему скандалы о «подлинниках» и «подделках» не сильно должны на впечатления влиять, — скорее всего, «великому Энди» они бы даже понравились.

УОРХОЛ И ПОЛИТИКА

Одни из самых притягательных изображений на выставке — это красочные портреты Мао Цзедуна и так называемый «Черный Ленин» — изображение советского вождя на черном фоне. У Уорхола есть еще серия портретов Ленина на красном фоне. Портрет Ленина обильно окружен другими работами художника с изображениями серпов и молотов.

Уорхол был абсолютно аполитичен. Политика его не интересовала, он не скрывал своих амбиций добиться славы любым путем. Отсюда его тяга к изображению знаменитостей всех мастей. Политики входят в число наиболее узнаваемых и популярных личностей, поэтому Уорхол и обратил на них внимание и создал свои версии их личностей. Сам он отрицал, что является критиком современного ему общества и называл себя выразителем массового вкуса своего времени. Его знаменитые изображения Мао Цзэдуна и Ленина вовсе не говорят о его интересе к учению Мао или идеям Ленина. Это не более чем коммерческие продукты, предназначенные для художественного рынка.

Уорхол никогда не высказывался о Ленине, о том, что тот совершил. Его это просто не интересовало. Он не стремился к психологической глубине. В этом же ключе он трактовал и отбираемых для своих портретов людей. В своей книге «Философия Энди Уорхола» он пишет: 

«Моя идея хорошей картины заключается в том, чтобы изображение было узнаваемым и посвящено знаменитой личности».

Это воспринимается как его кредо. И, конечно, Уорхола обуревали собственные амбиции. Широко известно его выражение, что в наше время человек может стать знаменитым за пятнадцать минут. В его портрете Ленина действительно есть что-то от иконы. Но если Уорхол сознательно пришел к этому, то это также не имеет отношения к Ленину, который ничего общего не имел с православной церковью. Более того, он был ее главным врагом.

Портрет Ленина Энди Уорхол писал по хорошо известной фотографии молодого вождя международного пролетариата. На мрачном, черном фоне выделяются бледно-красное лицо и желтые, канареечные и бледно-синие блики на руке, опирающейся на книгу. Портрет чем-то напоминает икону, настолько он лаконичен и суров. Один из художественных критиков назвал этот портрет Ленина «одним из величайших образов поп-арта».

УОРХОЛ И ГЛЯНЕЦ

В детстве Энди заболел хореей Сиденгама — острой ревматической лихорадкой, из-за чего на время оказался прикован к постели. Во время болезни Уорхол много рисовал и собирал картинки известных людей или героев мультфильмов Диснея, вырезанных из газет и журналов. Так началась его любовь к знаменитостям и искусству. 

У самого входа на выставку можно рассмотреть гранки журнала Interview. Уорхол обожал знаменитостей и основал легендарный журнал, кажется, только для того, чтобы они имели возможность разговаривать друг с другом чаще. Первые выпуски Уорхол сам раздавал людям на улице: простых горожан он любил не меньше звезд. В первых номерах журнала появились интервью с Джоном Ленноном, Сальвадором Дали, Дэвидом Боуи, Труменом Капоте. Печатная версия журнала просуществовала почти 50 лет и была закрыта в мае этого года.

Также одним из символов выставки являются портреты Мэрилин Монро. Она была для него идеальным сочетанием красоты и чувства юмора, одной из главных женщин его жизни. После ее смерти он создал «Диптих Мэрилин» — символ творчества Уорхола и всего поп-арта. Журнал The Guardian отдал работе третье место в списке «500 выдающихся произведений современного искусства». Изображения Мэрилин, сделанные Уорхолом, называют «Джокондой XX века». Первую работу он выполнил вскоре после ее смерти, а затем сделал многочисленные репринты. Это одновременно возносило ее фото до уровня иконы и низвергало до уровня листовок. Очень дорогих листовок. И так Уорхол поступал со всеми.

Когда Уорхол приобрёл популярность, он начал писать портреты известных личностей. Ему позировали  Джон Леннон, Лайза Минелли, Бриджит Бардо, Дайана Росс и многие другие. Однако при их изображении, художник делал лица звёзд как можно более идеальными. Художник признавался:

«Когда я работал над автопортретом, то не изобразил ни одного прыща, потому что именно так и следует поступать. Прыщи — это временное явление, они не имеют ничего общего с тем, как ты на самом деле выглядишь. Всегда опускай изъяны — им не место на хорошей картине, которую ты задумал».

УОРХОЛ И КВИР-ЛЮБОВЬ

Уорхол был открытым геем и стал иконой ЛГБТ-сообщества. Несмотря на то, что художник был религиозным человеком и часто появлялся в церкви, это не мешало ему открыто говорить о своей сексуальности. В ранних работах он исследовал мужское тело, составляя целые сборники с эротическими рисунками.

Несмотря на признанный статус квир-иконы, Уорхол никогда не делал каминг-аут в сегодняшнем понимании, не заявлял демонстративно о своей гомосексуальности, однако сделал огромный вклад в гей-кинематограф и был признан gay-community как один из «своих». Между 1963 и 1967 годом Уорхол выпустил около 300 экспериментальных фильмов, шокировавших кинематографическую общественность своей тематикой (как, например, в фильме "Минет" (Blow Job, 1963)), где на экране показывали отнюдь не сам акт, а непроизвольные изменения выражения лица человека, которого ублажают оральным сексом где-то за рамками кадра.

Ни один из любовников Уорхола не упомянут им в дневниках. Единственное явное доказательство его любви к мужчинам было страстное влечение к Труману Капотэ, которому он бесконечно писал письма, пока мать Трумана не попросила его прекратить это. Общественность размышляла о том, кто мог быть любовником Энди Уорхола, но если верить его дневникам, у него никогда их не было. Однажды Уорхол заявил:

«Любовь в фантазиях гораздо лучше, чем любовь в действительности. Самое возбуждающее - это если ты влюбляешься в кого-то и никогда не занимаешься с ним сексом. Самое безумное притяжение возникает между двумя противоположностями, которые никогда не сходятся».

УОРХОЛ, ОБОИ И ОБЛАКА

Повторяющиеся и тиражируемые изображения Уорхола нередко навевают ассоциации с обоями. На выставке в Музее Уитни на нескольких стенах уже размещали гигантский коллаж-инсталляцию «Коровьи обои». 

Бруклинская дизайн студия Flavor Paper получила официальное разрешение от Фонда Энди Уорхола на использование картин художника при создании реальных обоев. Как знаковые работы Уорхола, так и фотографии, кадры из фильмов и шелкографические принты были использованы в качестве источника вдохновения.

На выставке в Москве также инсталляцию «коровьих обоев» воссоздали, за их счет создавая необходимую атмосферу «дома поп-арта».

Другой инсталляцией, которую можно увидеть на московской выставке «Я, Энди Уорхол», стали культовые «Серебрянные облака», которые за полвека существования облетели весь мир. «Серебряные облака» были созданы Энди Уорхолом в 1966 году и считаются одним из первых, высокотехнологичный произведений искусства. Техническое решение облаков придумал друг Уорхола, инженер Билли Клувер. Он вспоминал впоследствии, что изначально Уорхол попросил его придумать светящийся шар. Коллега Клувера предложил использовать материал под названием скотч-пак, он допускал техническую сварку и относительно плохо пропускал гелий, а когда материал показали Уорхолу, он решил сделать из него серебряные облака. Так возникла культовая инсталляция, которая стала символом поп-арт-вечеринок.

УОРХОЛ, ЕДА И ПОП-АРТ

Если верить Уорхолу, на протяжении 20 лет он питался одним и тем же: супом Campbell и сэндвичами. А когда ходил в ресторан, заказывал то, чего совсем не хотелось, не мог съесть и просил официанта завернуть с собой. Упакованную еду он оставлял на улице — для бродяг. Это называлось нью-йоркской диетой Энди Уорхола.

Говоришь Уорхол — подразумеваешь бесконечный репринт. История с упаковкой супа Кэмпбелл началась в 1960-м с изображения одной банки и закончилась через два года двумя сотнями картинок. В промежутке был вариант из 32 копий.  Когда Уорхол впервые представил картину, каждое из изображений лежало на полке, как если бы это были настоящие банки в супермаркете. Их количество соответствовало числу вкусов, которые тогда могла предложить компания Кэмпбелл. И каждая картинка обладала своим запахом, который подтверждал название — что на коробке, то и в коробке.

Современники назвали работу с упаковкой супов отражением пошлости и бездуховности культуры массового потребления. В это охотно верится, если не знать, что сам Уорхол был фанатом потребления. И его творчество — гимн потребительской эпохе. Селебрити, политики, деньги, товары — все лишь объекты потребления.

Уорхол сам выбирал объекты для тиражирования. Суп Кэмпбелл был дешевым и популярным, особенно в среде бедных людей, откуда вышел и художник. Человек, воспитанный на супах быстрого приготовления, либо сдается, либо протестует. Уорхол дошел до того, что превратил идолов в своего рода суп: многократно повторенный, разжеванный образ быстро готовится, легко продается, с удовольствием потребляется и вызывает привыкание.

Ненасытная жажда потребления — это отчасти следствие нищего детства. Энди родился в многодетной семье иммигрантов, жизнь была непростой. Ребенком он перенес несколько серьезных болезней, из-за которых был вынужден много времени провести в постели. В результате Уорхол вырос мнительным, закомплексованным, боящимся врачей. В юности он перекрасил волосы в седой: он хотел выглядеть, как старик, думать, как старик, и жить, как старик. Но все вышло с точностью до наоборот.

В свой расцвет поп-арт критиковался за стирание границ между низменным и возвышенным — он эксплуатировал образы рекламы и продуктов потребления, превращая бутылки кока-колы и упаковки из-под кетчупа в дорогостоящие произведения искусства. Уорхол был пионером поп-арта и его иконой. Его мало интересовали критики, зато он обожал потребительскую культуру. Его восхищала идея равенства, которая, как ему казалось, достижима через консюмеризм:

«Что замечательно в нашей стране, так это то, что Америка положила начало традиции, по которой самые богатые потребители покупают в принципе то же самое, что и бедные. Ты смотришь телевизор и видишь кока-колу, и ты знаешь, что президент пьет кока-колу, Лиз Тейлор пьет кока-колу, и только подумай — ты тоже можешь пить кока-колу. Все кока-колы одинаковы, и все они хороши».

УОРХОЛ И ФАБРИКА

Помимо работ Уорхола выставка на выставке в Москве создано пространство-инсталляция, отсылающее к знаменитой мастерской художника под названием «Фабрика». Мастерская была пристанищем всех звезд и суперзвед Ньй-Йорка: от Боба Дилана и Жан-Мишеля Баския до Сальвадора Дали и Уильяма Берроуза, здесь знакомились друг с другом, творили, принимали наркотики и закатывали вечеринки. Некоторые жили тут днями и неделями.

Свою мастерскую Уорхол организовал по принципу Содома и Гоморры. Вечеринки с алкоголем, наркотиками, оргиями не прекращались. Контора занимала особняк на Манхэттене. Почти все, кто так или иначе сотрудничали с Уорхолом, подсаживались на наркотики разной степени тяжести. Художник делал это специально: низводил людей до уровня животных, наблюдал за ними и в очередной раз демонстрировал, что те, кто считают себя людьми, личностями, таковыми не являются.

Параллельно с вечным «праздником» «Фабрика» производила искусство. Это была и реализация Уорхола, и его пощечина общественному вкусу, которому привычны уникальные арт-произведения, создаваемые долго и мучительно. Уорхол своим тиражированием запустил новый тренд: искусство всегда должно быть на полке, уникальность больше не интересует, даже упаковка может быть шедевром, стоящим тысячи и даже миллионы долларов.

Всю жизнь Энди Уорхол прожил в США. Он родился и вырос в Питтсбурге в семье словацких иммигрантов, а большую часть жизни провел в Нью-Йорке. Здесь он обрел настоящую популярность, здесь появилась его мастерская «Фабрика» и его суперзвезды — свита друзей и подруг, постоянно сопровождавших его повсюду и участвующих в его арт-проектах. 

Так, в импровизированном пространстве «Фабрики», на выставке в Москве можно увидеть киноработу Уорхола, посвященную любимому городу. За свою карьеру Уорхол снял сотни фильмов: короткометражных, многочасовых, абсурдистских, экспериментальных, коммерчески успешных и ставших культовыми. Среди самых известных: восьмичасовой «Спи», немой «Минет», «Винил» — ремейк «Заводного апельсина» и «Девушки из “Челси”». Последний стал классикой мирового кино.

Уорхол любил Нью-Йорк и все, что связано с его страной: 

«Существуют три вещи, которые для меня всегда красивы: мои старые добрые ботинки, которые не жмут, моя собственная спальня и таможня США, когда я возвращаюсь домой».

УОРХОЛ, КОНВЕЙЕР И «ПОДДЕЛКИ»

Художник одним из первых стал применять трафаретную печать, чтобы выпускать свои картины как можно большим тиражом, чтобы большее количество людей смогли их приобрести, и таким образом превращал их в «коммерческое искусство».

Большинство работ Уорхола выполнены в технике шелкографии, которая позволяла быстро копировать одно и то же изображение. Именно этим методом были созданы «Банки с супом «Кэмпбелл»» (Уорхол, кстати, говорил в одном из интервью, что это, пожалуй, его любимая работа), «Диптих Мэрилин», «Восемь Элвисов», серия «Смерть и катастрофа» и другие.

Уорхол смог соединить индустрию рекламы и искусство. Шелкография, которую Уорхол стал использовать для создания арт-объектов, позволила реализовать его идею: искусство надо производить массово. Понятия высокого и низкого были нивелированы.

Поэтому и развернувшийся вокруг московской выставки скандал о подлинности произведений — не имеет большой ценности и скорее только работает на руку восприятию работ художника. Подлинники со сложной техникой (и написанные рукой художника) на выставке есть. Из 200 представленных экспонатов 160 — непосредственно работы Уорхола (в основном, за минусом фоторабот), а из этих 160-ти 28 — так называемые работы one of a kind.. Как правило, это графика (то, что гарантированно выполнено рукой Уорхола — например, рисунок углем «Серп и молот») либо работы, выполненные в технике шелкографии, затем дописанные вручную акриловой или синтетической полимерной красками — в частности небольшой портрет Мао, а также «Красный» и «Черный Ленины» к которым, собственно, и возникли претензии в анонимном телеграм-канале, как раз относятся к таким работам. Из цикла изображений Мэрилин Монро самая ценная работа — конечно, не полное портфолио, где все фотографируются, а поздняя работа Уорхола, черная Мэрилин, находящаяся слева от портфолио (с алмазным напылением). Она тоже уникальна.

Таким образом, на выставке вы найдете массу шелкографий с культовыми и хрестоматийными изображениями Уорхола. За счет инсталляций неплохо воссоздан контекст. И выставка крайне дружелюбна к тем, кто поверхностно знаком с наследием «Великого Энди». 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: