«Бегущий в лабиринте» — перспективное, непредсказуемое и ладное молодежное фэнтези по западному бестселлеру, которое удачно обходится без традиционной для формата любви втроем. 

Симпатичного, пускай и фотогенично помятого молодого человека (Дилан О'Брайен) колбасит в заплеванном лифте, он с криком прочухивается, дико озирается по сторонам и не помнит совсем ничегошеньки, в том числе и собственного имени. Этой узнаваемой, в общем-то, житейской ситуацией не удивишь мало-мальски пожившего на свете кинозрителя, но дальше больше. Джеймса (вскоре ему дадут по голове, и он вспомнит, что его зовут Джеймс) встретят несколько десятков подростков мужского пола и обрисуют ему дальнейшие жизненные перспективы. Все они живут натуральным хозяйством на небольшом пятачке, поросшем дикой зеленью, и когда-то тоже были доставлены сюда на лифте (новичок прибывает раз в месяц). Со всех сторон — бетонная стена, в которой утром открывается, а вечером захлопывается щель-вход в лабиринт. Туда регулярно устремляются на разведку-экспедицию парни из элитной самостийной касты Бегунов — но выхода не находят, зато иногда встречаются с чудовищами-гриверами, жертвы укусов которых заболевают некой заразной дрянью и на ночь заталкиваются обратно в лабиринт, безвозвратно. Кому все это нужно — непонятно.

Непонятно причем до самых титров — и в этом отдельное достоинство «Бегущего в лабиринте», приятно выделяющее его на фоне прочих подростковых фэнтези, хороши они или плохи. У картины жирно прописанный открытый финал, и при достаточно увесистых сборах из нее явно вырастет франшиза. Материала от писателя Джеймса Дэшнера, автора литературной основы, на первое время хватит — закончены четыре книги. «Бегущий в лабиринте» не косит под антиутопию (возможно, самую малость под первую серию «Обители зла», но это нормальным фильмам обычно не вредит). На первых порах протестный политический дискурс в киносказках для подростков бодрил, пускай и на безрыбье, зрелую аудиторию, но затем замылился и превратился в едва ли не обязательный тренд. Такой же, как и романтический расклад «мальчик + девочка + мальчик», этот, по мнению продюсеров, краеугольный гарант кассовых сборов, на котором построены «Сумерки» и «Голодные игры». В «Бегущем в лабиринте» девушку в кадр запускают минуте на 50-й. А до этого действительно волнуешься, не стал ли ты ненароком, идя на калорийный молодежный блокбастер, свидетелем авторского самоубийства: снимать приключенческую ленту, исключительно мальчуковую по составу, не решались самые целомудренные советские киносказочники.

Юноши-кандидаты, достойные укомплектовать собою равнобедренный любовный треугольник, имеются. Причем болеть хотелось бы не за центрального героя (излишне иконизированного и приглаженного по сравнению с книжкой), а за его главного оппонента, вредного и подловатого мальчика, блестяще сыгранного Уиллом Поултером. Этот артист счастливо наделен столь интересным лицом и выразительной мимикой, что при любом появлении в фильмах «Мы — Миллеры» или «Хроники Нарнии: Покоритель зари» легко задвигает в тень более благообразных персонажей. Но таким, во-первых, редко обламывается на экранах личное счастье, а во-вторых, до сколько-нибудь внятного флирта дело в картине так и не доходит. Слюни здесь пускают, и в изрядном количестве, только эффектные гигантские пауки из биомассы и стали, и вообще такая движуха, что не до любви. Чувства исключительно товарищеские. Очень все-таки хорошо, что едва ли не единственным принципиальным пожеланием Джеймса Дэшнера было не доверять (как предполагалось) экранизацию его детища Кэтрин Хардвик, снявшей первые «Сумерки».