Метафоричная притча о вечном круговороте жизни, переселении душ и месте человека в этом бренном мире.

Яркий образец философского артхауса — глубокомысленная лента «Четырежды» — берет за основу сюжета теорию метемпсихоза, реинкарнации, неторопливо проводя зрителей через четыре ипостаси души.


События фильма развиваются в маленькой деревушке на юге Италии, в краю пастухов и углежогов. Скромный быт местных жителей дополняют прекрасные пейзажи, безмятежное безмолвие нарушает лай собаки и звон колокольчиков. На первый взгляд, вокруг ничего не меняется, кроме направления ветра, однако жизнь неумолимо бежит вперед, увлекая окружающих в свой беспрерывный круговорот.

Первый эпизод картины знакомит зрителей с одиноким старым пастухом, который нашел необычное лекарство от болезней — церковную пыль. Полагаясь на внутренние ощущения (или ведомый чем-то свыше) старик самозабвенно занимается самолечением, меняя свежее парное молоко на содержимое совка. Скоропостижная кончина героя, принимаемая как данность, открывает двери для следующей истории...

Герой второго эпизода — симпатичный козленок, глазами которого зритель наблюдает за внутренней жизнью скотного двора и незатейливыми ведением хозяйства в итальянской провинции. В объективе камеры — козлята, играющие в царя горы, душные сараи и просторы полей, на которых четвероногий герой теряется навсегда.

В центре третьего эпизода — могучая ель, растущая на склоне холма много лет. Никакие силы природы не могут сдвинуть ее с места, но внезапно приходят люди и срубают зеленую красавицу потехи ради. Ель доживает свои последние дни в центре деревенского празднества и отправляется умирать на угольный завод.

В четвертом эпизоде зрителей ждет увлекательный рассказ о процессе производства древесного угля по древним методам. Несмотря на отсутствие одушевленных персонажей, сцена на редкость занимательная. Почерневшие угольки олицетворяют собой последнюю сущность души — минеральную материю, которая растворяется на ветру с первой же необходимостью протопить печь...

В целом сюжет фильма сводится к описанию жизни и смерти, поражая зрителей феноменальным минимализмом. К особенностям картины можно приписать отсутствие диалогов (субтитры и перевод не требуются), героев в привычном понимании (внимание фокусируется отнюдь не на жизни людей), динамики и искусственно созданного драматизма. Естественность и отстраненность повествования создает впечатление абсолютной документальности. Зрители непринужденно наблюдают за происходящим на экране, а режиссер (Микеланджелло Фраммартино) становится лишь посредником между реальной жизнью и формой, которую она обретет на пленке.

Представляя из себя утонченный гибрид постановочного и документального кино, «Четырежды» не навязывает зрителям определенных постулатов, давая возможность додумывать, интерпретировать сюжет. Внешне спокойное, монотонное и бессловесное повествование поначалу ошеломляет. Но если не поддаться обывательскому порыву и не покинуть кинотеатр в первые минуты, устав от однообразия пейзажей и заунывного кашля старика, полуторачасовой сеанс киномедитации подарит заслуженное эстетическое и интеллектуальное удовольствие.