17 января в прокат вышел фильм «Романтики 303» режиссера Ханса Вайнгартнера. Редакция «Вашего Досуга» выяснила что это: немецкий артхаус или европейский мейнстрим?

Кино начинается с 8 минутной экспозиции, где зрителя знакомят с главными героями: студенткой биофака Юле (Мала Эмде) и студентом-политологом Яном (Антон Спикер). Заканчивается весенний семестр. Юле проваливает экзамен по химии. А Яну отказывают в стипендии по идеологическим мотивам. Оба героя решают пуститься в путешествие: Юле к своему бойфренду Алексу, а Ян к своему биологическому отцу.

Случайно герои встречаются на заправке и Юле соглашается подбросить Яна до Кельна на своем Мерседесе 303. В честь этого мерседеса фильм и получил название.

С этого момента начинается типичный роуд-муви с элементами романтической комедии. 

Путешествуя, герои расширяют свои горизонты. Главным источником обогащения служат отнюдь не пейзажи, а заумные разговоры: что важнее — конкуренция или сотрудничество? Любовь – это только феромоны и гормоны или что-то большее? Кроманьонцы или неандертальцы?

Сталкиваясь взглядами, Ян и Юле будут вести долгие, иногда слишком долгие беседы. За этими разговорами герои словно прячутся от нарастающих друг к другу чувств. Однако к финалу режиссер все-таки столкнет их с реальностью. И, избегая спойлеров, скажем лишь, что именно тогда случится настоящая трансформация их характеров.  

При этом фильм напоминает экскурсию по Шенгенской зоне: начинается в Германии, затем Бельгия, Франция, Испания и наконец Португалия. Темп фильма выдержанный: не слишком быстрый, не слишком медленный. Это роднит его с мейнстримовым кино. Особенно, если учесть нехитрые сюжет и диалоги. Для статуса артхауса «Романтикам» не достает интеллектуального и эмоционального вызова.

Однако, успех европейского мейнстримового кино в России случается часто. Вспомнить хотя бы французский «1+1» — пример далеко не самого умного, но от этого не менее прекрасного фильма. «Романтики», к слову, тоже заставляют переживать за отношения между двумя людьми. Особенно в сценах расхождения и сближения героев. 

Другое дело, насколько переживания немецкой молодежи среднего класса могут быть понятны российской публике?

Вопросы, мучающие героев, обладают как минимум одной важной чертой – универсальностью. При этом ответы у каждого в зале могут быть свои. Ян и Юле тоже не сходятся в ответах. Возможно кому-то из более старшего поколения размышления героев и покажутся ребячеством и глупостью, философией на уровне средней школы, но даже для них – это еще один способ придаться ностальгии, посмотреть на неглупую молодежь, их проблемы, и как они с ними справляются.