Самый человечный «Человек-паук».

Поработав в «Первом мстителе: Противостоянии» с лучшими суперлюдьми планеты, старшеклассник Питер Паркер (Том Холланд), он же Человек-паук, бьет копытом и ждет продолжения банкета. «Мы позвоним», — сказали ему. Но не звонят. Остается тусить с лучшим другом, робким, но бодрым толстяком (Джейкоб Баталон), вздыхать по однокласснице Мишель (Лора Хэрриер) и не доставлять беспокойства тете (Мариса Томей). Плюс периодически проветривать супергеройский костюм, гоняя хулиганов на районе. Во время очередного рейда Питер болезненно сталкивается не с мелкой шушерой, а с господином посерьезнее, Стервятником (Майкл Китон). Пожилой мужчина летает со съемными железными крыльями и приторговывает оружием, сварганенным на основе инопланетных гаджетов. А этого добра после переполоха в прошлых «Мстителях» на Земле валяется достаточно.

Главный оппонент не маньяк, а нормальный дядька

Третий за последнее время перезапуск «Человека-паука» (см. фильмы с Тоби Магуайром и Эндрю Гарфилдом) — на данный момент, возможно, самый лучший и уж точно самый задушевный. Картина развивает похвальную тенденцию недавних кинокомиксов, где сверхчеловеки — только вторым делом «сверх», и их подвиги не просто разборки пикселей. Отказ от канонического вступления (с объяснением, как Питер Паркер дошел до членистоногого состояния) не революция, конечно, но все-таки жанровая смелость. Главный оппонент не маньяк с амбициями уничтожить мир, а нормальный дядька, муж, отец и труженик, которого несправедливо поперли с работы, а надо семью кормить. Суровый, да, но жизнь такая.

Убежденным адептам Marvel кино без перспективы апокалипсиса — как свадьба без тамады и конкурсов. Режиссер Джон Уотс не то чтобы вовсе не учитывает интересов гик-фанатов — это было бы коммерческим самоубийством. По фильму рассыпаны отсылки к комикс-классике, да и экшен нестыдный. Но авторы никак не меньше заинтересованы в новой аудитории, которая на свежую голову увидит в «Возвращении домой», к примеру, роман взросления — точный в ощущениях и деталях. Первая любовь пылка, но зыбка. Отцы, даже самые крутые, ненадежны: за папу при сироте Питере состоит ненадолго залетающий в кадр Железный человек.

В простоте своей (не той, что хуже воровства, а той, к которой «люди потянутся») фильм рифмуется с недавним мизантропически-минорным «Логаном» — о достойной старости и науке умирать. Мажорное даже в краткие мгновения светлой печали «Возвращение домой» — о нескладно-дурашливой юности и вводном курсе в жизнь. Обе картины — об искусстве оставаться человеком, даже если вас угораздило обернуться снабженной инструментом власти росомахой, пауком или еще каким радиоактивным кабанчиком.