Искрометный кинокомикс в формате дискотеки 80-х.

Подведомственную Галактику герои оберегают, как сторожа старой закалки: если уж отвечаешь за режимный объект, кому как не тебе знать, где на нем что плохо лежит, и время от времени подворовывать. Главное не наглеть, а в новом фильме Стражи наглеют: крадут у заказчика, предводительницы расы соверенов (красивых, богатых, позолоченных и бестолковых), лампочки. Лампочки не обычные, а суперценные. Они вскоре находятся, но осадок остается настолько грозовой, что мир рискует обратиться в космический мусор.

Логика тут дело десятое

Это (плюс ностальгия по 80-м) роднит картину скорее с анархистской мультсагой «Футурама», чем с кровными родственниками по супергеройской империи Marvel. У недалекого и инфантильного храбреца Питера Куилла (Крис Пратт) куда больше общего с футурамовским искрометным идиотом Фраем, чем с салонным остряком Тони «Железным Человеком» Старком. «Стражи» имеют шансы понравиться тем, кого обычно укачивает на кинокомиксах, будь то сложные щи «Темного рыцаря» или густая, но при этом пресная солянка «Мстителей». Здешние сверхлюди, в первую очередь, именно люди. Даже если они не совсем люди, а дерево-гуманоид Грут, который, хотя и усох до размеров комнатного бонсая, задвигает в тень Реактивного Енота, прежнего фаворита зрительских симпатий.

Авторы сохраняют и приумножают то лучшее, что было в первой части, и, понятно, стремятся понравиться. Но вкусам публики режиссер обоих «Стражей» Джеймс Ганн потакает без  служебной угодливости кабацкого лабуха. Фильм стартует тактами «Mr. Blue Sky» ELO и обыкновенным чудом в виде молодого Курта Рассела; пролетает в формате удавшейся дискотеки; забойные номера экшен-сцен чередуются с лирическими медляками разговоров по душам (если первые «Стражи» про дружбу, то вторые — про семью). Пионерлагерные шутки про какахи под наволочкой соседствуют с выдающимися, без дураков, монологами про историческую миссию звезды «Спасателей Малибу» Дэвида Хассельхоффа и эпическими поисками изоленты.

На финише — выходы на бис (в титрах прикопаны аж пять бонусных сцен) и обещание вернуться, но едва ли многократно. С одной стороны, «такую милоту нельзя убивать». С другой, создателям, при всей избыточности продукта, свойственно чувство меры, и в бесконечный поп-конвейер «Стражи Галактики» превратятся едва ли. Это штучный продукт, которого, как абсолютного счастья, не может и не должно быть слишком много.