Поставленный на широкую ногу гангстерский байопик, в котором умудряется надоесть превосходный Том Харди.

Лондон, начало 1960-х. Реджи Крэй, красавец, гангстер и владелец ночного клуба, подмазав доктора, забирает из психушки своего брата-близнеца Ронни, шизофреника; дескать, с родными тому будет лучше. На воле Ронни не так чтобы пойдет на поправку, но скучно братьям не будет точно. За несколько лет они подомнут под себя криминальный и клубный мир Лондона, обрастут могущественными друзьями, станут героями светской хроники, после чего скоропостижно все профукают и получат по пожизненному; нервы ни к черту окажутся не только у Ронни.

Базовые данные «Легенды» обнадеживают. Как режиссер Брайан Хелгеленд поставил «Расплату», одну из лучших криминальных драм 1990-х. Как сценарист — поучаствовал в создании «Секретов Лос-Анджелеса» и «Таинственной реки». В кадре — киногенично свингующий Лондон (картинка вылизана до режущей глаз фотошопной красоты). На первом и неизменно крупном плане — Том Харди, причем в двух экземплярах. Раньше казалось, что этого актера, одного из лучших в поколении, не может быть много. «Легенда» демонстрирует — может. Да, в иные моменты (например, во время изобретательно снятой драки-дуэли) забываешь, что Реджи и Ронни играет один человек. Но то, что развлекает поначалу, к концу все больше отдает эксцентрикой в духе ранних выпусков шоу «Осторожно, Задов!» (только там порции по 30 минут, а здесь два часа экранного времени с хвостиком). Наконец, в основе сюжета — реальная история, а авторы явно держат курс на классику гангстерского кино. Чем все и портят, хотя ну казалось бы.

«Однажды в Америке», лучшая гангстерская сага на все времена, выросла из мемуарного сора реальной биографии мелкого бандита, в котором никак не углядишь шекспировский трагизм главного героя ленты, мужчины далеко не тривиальной судьбы. Труды и дни братьев Крэй и без наносной кинобеллетристики выглядят достаточно экстравагантно. Из оружия оба предпочитали разделочный нож, в совладельцах одного из их заведений и впрямь состоял обычный ослик, а Реджи выбивал деньги из подконтрольных коммерсантов, мечтая создать в Намибии городок счастья для голодных африканских детей.

Придумывать что-то поверх вроде и незачем, но Брайан Хелгеленд пытается — и неудачно, превращая обоих в ходячие жанровые штампы. С одной стороны лепит из Ронни поразительно категоричного по нынешним толерантным временам гея-психопата (в скобках отметим, что на самом деле тот питал склонность и к мужчинам, и к женщинам, с одной из которых имел роман длиною в жизнь). С другой, с ребяческим пылом подчищает биографию Реджи, не сильно уступающего брату по отмороженности, под формат благородного разбойника. Звенящей пошлости романтической линии устыдилась бы и самая пропащая мелодрама (рассказчиком в фильме выступает покойная жена Реджи, как бы вздыхающая над незадавшейся жизнью с облачка, и так далее).

Карамельную любовь (чувство у героев сияет и тает, буквально, леденцом, по-михалковски обстоятельно обгладываемым до самого финала) сбрызгивают бодрые фонтанчики крови (Харди, кажется, вдохновляется мясницкими вылазками Джо Пеши в «Казино»). А резню, в свою очередь, по мере сил оттеняет юмор. «Я вам анекдот расскажу: параноидальный шизофреник заходит в бар...» — говорит один брат, готовясь представить оппонентам другого (тот как раз подкрадывается сзади с двумя тесаками). Анекдот забавен, колоритен, годится для слогана «Легенды», понравился бы Крэям. Но сильно теряет в шарме, когда пересказывается раз за разом.