Коллективу театра Анатолия Васильева, в течение года тщетно пытавшегося найти общий язык с комитетом по культуре, рассказ «Общение» – что называется, сон в руку. Один из последних шедевров великого абсурдиста повествует о жажде и невозможности найти общий язык ни с кем, кроме самого себя.
Мучительные поиски собеседника в спектакле Ющенко пропеваются под стон тростниковых дудок и, конечно, протанцовываются – на счету Ющенко ни один десяток хореографических композиций и сотрудничество со знаменитым японцем Мин Танакой. В спектакле Танаки «Каприччос. Гости Гойи из Тьмы» кошмары, терзавшие художника, воплощались языком японского танца буто, который виртуозно исполнял Ющенко. Не обойдутся без буто и герои рассказа Беккета.
Накануне премьеры «Общения» корреспондент «ВД» встретилась с Василием Ющенко.

Насколько я знаю, «Общение» еще никогда не ставилось в театре.
Да. Это малоизвестный рассказ, я случайно нашел его в старом приложении к журналу «Иностранная литература». На мой взгляд, в этом рассказе заключен весь Беккет, все то, о чем он писал и в пьесе «В ожидании Годо», и в романе «Мэлон умирает».

Ваш спектакль – танец или драма?
Я закончил ГИТИС как режиссер драмы, хотя с юности занимался танцем. Всегда мечтал совместить текст с движением – это практически никому не удавалось. В нашем спектакле еще и поют и играют на калюках – это старинные русские дудки.

Ничего себе смесь: английский абсурдизм, русские дудки и японский танец буто!..
Все вышло само собой. Меня вообще привлекает аутентичные, то есть исконные, изначальные, нецивилизованные вещи.

Однако произведения Беккета и проблемы, преследующие его героев – это как раз последствия излишней цивилизованности.
Да, и тут круг замыкается. Любой из персонажей Беккета существует уже не в конкретном обществе, законы которого слишком сложны, а в абстрактном пространстве. Между его героями нет общения, есть только воспоминания, которые на миг возвращают их в реальность.

Как я понимаю, попытка пообщаться для героя рассказа закончилась ничем?
Да. Финал примиряет с неизбежностью одиночества: «С каждым напрасным словом ближе к напрасному слову. А с ним и сказка. Сказка о ком-то, сочиняющем сказку о ком-то с тобой в темноте…»